– Джордан! – распахивая дверь, окликаю я.
Какого черта? Мы ведь уже помирились, верно?
– Я только надену купальник, – бросает она через плечо по пути к крыльцу.
Замерев у машины, я кручу кольцо на пальце. Ла-а-адно. Осознав, как это выглядит со стороны, я оборачиваюсь и осматриваю улицу, высматривая машины Коула или его матери. Затем бросаю взгляд на окна соседних домов, вглядываясь, не колыхнулись ли где-то шторы и не мелькнет ли чье-то лицо.
Уверен, по району уже поползли слухи.
Люди уже подметили, что Коул редко появляется здесь, а мы с его девушкой постоянно проводим время вместе.
И вряд ли им понадобится много времени, чтобы сделать выводы.
Когда вхожу в дом, нигде не вижу Джордан. Поэтому поднимаюсь по лестнице и, пройдя мимо двери в ее комнату, захожу в свою, чтобы переодеться в плавки. Но, когда выхожу и спускаюсь на первый этаж, ее все еще не видно. Заглянув на кухню, достаю несколько бутылок с водой, включаю фонарики на заднем дворе, освещая бассейн, затем радио под кухонным шкафчиком, и какая-то цыпочка начинает петь Guys My Age на радиостанции, которую настроила Джордан.
Мой телефон издает незнакомый гудок на кухонном островке.
Это Джордан. Но почему она решила позвонить мне по FaceTime?
Стоит мне принять звонок, как на экране вспыхивает ее изображение, но она смотрит на меня сверху вниз, будто ее телефон лежит на чем-то. Видимо, на столе. Ее волосы колышутся вокруг лица, а с потолка светит яркий свет.
– Что ты делаешь? – спрашиваю я, шагая в гостиную.
Она молчит.
Я сажусь на диван, упираюсь локтями в колени и смотрю на нее. На ее губах играет легкая улыбка, когда она поворачивает головой вправо-влево, словно заигрывая со мной. Когда Джордан выпрямляется, ее лицо пропадает с экрана, но зато мне видно ее прекрасное тело в гребаном бикини.
Сердце пропускает удар, и мне приходится собрать все свои силы, чтобы сдержать улыбку. Ее грудь выпирает из маленьких розовых чашечек, а лямки кажутся невероятно тонкими на ее загорелой коже.
Мне так и хочется попросить ее покрутиться перед экраном, но я предпочел бы, чтобы она оказалась передо мной.
Изображение дергается, когда она поправляет телефон, и в поле зрения появляется не только ее тело, но и голова и угол стола. Она прижимается бедрами к столешнице и с кокетливой улыбкой скользит руками по своему телу и по груди.
– Да, Джордан? – ухмыляюсь я.
– Я не ребенок, – говорит она, и ее улыбка внезапно исчезает.
Беспокойство окутывает мое тело.
