Я удивлённо повернулась к нему, вспоминая слова ритуала Матери Полумесяц, а потом вернулась взглядом к статуе.
– Ей поклоняются Сыны Полумесяца?
Хоук не торопился отвечать, подбирая слова.
– Своему извращённому пониманию её сути, – наконец сказал он.
– То есть?
– Существует легенда, что при Эдде люди и фейри жили бок о бок, в мире и, можно даже сказать, согласии.
– Я думала, что фейри поклоняются Солнцеликой Магре. – Я задумалась, вспоминая всё, что когда-либо об этом слышала.
– Это так. – Хоук взмахнул рукой, и статуя изменила свои очертания.
Теперь перед нами стояла другая женщина – фейка с решительным выражением лица, в цепочках, украшавших грудь и живот, а запястья и предплечья украшали массивные браслеты. Она собственными руками, будто корону, возложила на свою голову шипастое солнце. – Магра – дочь Эдды. После того как она взошла на трон, уничтожила храмы матери, постаралась стереть любые свидетельства её правления и изгнала людей из Первого Королевства. Всё, что осталось у фейри, – подобные руины и слухи.
Сыны Полумесяца взяли из них то, что им нравилось, и сделали то, что сделали.
Я с сомнением покосилась на Хоука.
– Люди и фейри никогда не жили вместе, это сказки.
Хоук улыбнулся.
– Сказки не возникают на пустом месте. Но ты права, о тех временах помнят только сказки, и они дают мне надежду на то, что всё можно изменить.
Я хмуро молчала, отчего-то злясь на Хоука за его… наивность? Глупость? Я и сама не знала, что именно заставляло гнев разогревать грудь.
Я… чувствовала обиду, но никак не могла отыскать её источник. Казалось, меня предали, обманули, бросили и всему виной были его слова. Возможно, я просто не верила, что всё можно изменить. Возможно, злилась на то, что, даже покинув Гильдию, продолжала убивать, а значит, не могла контролировать даже свой собственный путь.
– Надеюсь, позже мы ещё вернёмся к этому разговору. – Хоук взмахнул рукой, иллюзия развеялась, и на место Магры вернулась разрушенная статуя её матери.
– А сейчас пойдём, а то всё пропустим.
Хоук обошёл лужу на полу и в один прыжок вскочил на крутую мраморную лестницу, первые ступени которой обвалились, превратившись в груду камней. Хоук протянул руку, чтобы помочь мне взобраться, но я уже углядела удобный камень, оттолкнулась от него, зацепилась за перила, которые угрожающе зашатались, роняя мраморную крошку, взобралась на них, а оттуда – спрыгнула на ступеньку рядом с Хоуком.
