– Хель… – услышала я сдавленный голос Ран. – Что он делает?
– Погоди, не мешай.
Когда Хоук ткнулся головой мне в плечо, я осмелела достаточно, чтобы его погладить между ушей. Тьма немного расступилась, открывая волчье тело. Я потрепала его по шее, почесала спину. Хоук опрокинулся на бок и выгнулся, подставляя мне живот.
– А ты добреешь, когда кого-нибудь убьёшь, да? – улыбнулась я, почёсывая его набитое пузо. Хоук забил хвостом, поджал лапы и вывалил язык – совсем как обычный домашний пёс. Если бы не десяток трупов вокруг, я бы даже умилилась этой картине.
Окончательно успокоившись, Хоук зевнул, и я, воспользовавшись моментом, забросила ему в пасть шарик, навалилась на неё и силой сомкнула челюсти. Хоук задёргался, замотал головой, пытаясь меня сбросить, я обхватила его морду, прижав к груди.
– Глотай! Глотай же! – кричала я, а он вырывался, швыряя меня из стороны в сторону.
Продержалась я недолго, соскользнула и улетела в стену. Ударилась боком и упала на влажное сено. Хоук рванул ко мне, гневно рыча.
Ран выхватила меч, но я вскинула руку.
– Не приближайся!
Зубы Хоука клацнули рядом с моими пальцами, из пасти текла слюна, смешанная с кровью. Взгляд замер на моём горле, он оскалился, готовясь к прыжку. А потом я поняла, почему он испугался шарика.
Лапы Хоука подогнулись, он задышал тяжело и быстро, взвыл и, закатив глаза, рухнул на бок. Затрясся в судорогах, беспорядочно перебирая лапами. На морде выступила кровавая пена. Тьма исчезала, клочками опадая на землю.
Хоук заскулил, содрогнулся и чёрные смоляные сгустки рвоты исторглись из него вместе с непереваренным мясом. А потом это повторилось снова.
– Боги… – Я подскочила к нему, не зная, чем помочь. Обернулась к Ран. – Принеси воды!
Она кивнула и тут же убежала. А я стала гладить Хоука вдоль спины, надеясь хоть немного облегчить его мучения. Судороги всё не прекращались, его начало рвать кровью. Проклятый Олмун! Что за дрянь он ему подсунул?!
– Потерпи. Хоук, пожалуйста. Скоро всё закончится.
Пожалуйста, держись!
Первое, что я почувствовала, – наша нить. Едва тёплая, но она протянулась ко мне от Хоука, словно он звал меня откуда-то издалека. Я тут же согрела нить своим теплом, огладила, посылая ему в ответ столько света, сколько могла. Хоук тяжело вздохнул и обмяк, изредка вздрагивая.
Прибежала Ран с ведром колодезной воды. Я уложила голову Хоука к себе на колени и, зачерпнув воды ладонями, вылила ему на морду. Потом ещё и ещё.
