Друг часто рассказывал, как вообще происходит общение с нашими восточными партнёрами, и я точно представлял, чего ожидать.
Чтобы поддерживать мозг в тонусе, я постепенно восстанавливал события прошедшего вечера.
Нас привезли в точку для «своих» — одноэтажный ресторан в классическом китайском стиле: тонкие деревянные стены и многоярусные изогнутые крыши из красной черепицы. Ужинали в отдельной комнате с бумажной дверью. Несмотря на несерьёзный вид, никто бы не смог нас услышать благодаря специальным артефактам-глушилкам.
Сиденья в виде подушек бросили прямо на бамбуковый пол, а в центре широкого круглого стола разместили огромную кастрюлю с кипящим бульоном, куда следовало забрасывать куски сырого мяса, лапшу и вообще всё что душе угодно. Край свободно крутился, позволяя легко доставать нужные мне блюда. Например, взял нежную говядину, подержал ее минуту палочками и сразу можно есть вместе с вкусным бульоном.
Всего их было пятеро, четверо относительно молодых и мужчина за шестьдесят, возглавляющий филиал в Хабаровске.
Все одеты в одинаковые костюмы, но если у подчинённых был китайский пошив, то их шеф явно одевался в том же магазине, что и я.
— Они приняли тебя за важную шишку, — шепнул мой друг, покуда китайцы с гомоном рассаживались по своим местам. — Нам столько мяса не тащили.
— Хоть пожрём нормально, — усмехнулся я.
Мы приехали к китайцам почти сразу после переговоров с русской фирмой. Они затянулись на несколько часов, и из-за внезапности нам предлагали только чай. Воодушевлённый прораб вытащил из меня все технические подробности и обещал прислать цену к утру.
— Выпьем же за знакомство с достойным господином Игорем и встречу с нашим хорошим другом Виктором! — Появилась первая бутылка рисовой водки. И точно не последняя, китайцы всегда пьют как не в себя и ждут от нас того же.
Разлили по крохотным фарфоровым рюмкам и выпили. Ух, ну и мерзкий вкус, но своё дело она выполняла — в голове зашумело, и настроение резко улучшилось.
На второй бутылке наконец начались переговоры, всё по рассказам Витька — мне обещали золотые горы, упорно избегая конкретики.
Настаивали на немедленном подписании, чтобы как можно скорее взяться за работу. Я упорно «не понимал» намёков и предлагал выпить за дружбу и процветание наших народов. На третьей они решили сначала споить меня, а на пятой сдались. Дальше, как не пытался, ничего не получалось вспомнить. Значит, отлично посидели!
В себе я был уверен, точно не подписывал никаких документов.
