В Хабаровске жило много китайцев, работали на более удачливых соотечественников или вели бизнес. Тратить деньги они тоже предпочитали среди своих, потому здесь было полно магазинчиков с их едой, одеждой и привычные развлечения. А рестораны и уличные кафе вообще попадались на каждом шагу.
Сюда часто приезжали туристы и обычные хабаровчане, потому сперва моё появление никого не удивило. Подумаешь, очередной юный аристократ решил испытать себя, попробовав очень острую лапшу. Всё стало интереснее, когда я проехал мимо популярных в народе улиц и остановился около трёхэтажного офисного здания в глубине территории «для своих».
Через зеркальные окна не было видно происходящего внутри, но меня точно заметили. На проходной, состоявшей из турникетов со стеклянными дверцами и будки охраны, возникло несколько тощих китайцев в дешёвых костюмах:
— Господин, вам назначено? — Они говорили по-русски довольно чисто, но всё равно прорывался сильный акцент.
— Нет, я сам приехал. Как пройти к главному?
Всем своим видом я излучал уверенность, и дело было совершенно не в крутом костюме или дорогой машине.
Точно так же можно быть крутым и в мятой футболке и драных джинсах.
Охранники растерянно переглянулись и одновременно пришли к выводу: «если это дворянин и мы его не пропустим, нам конец, пусть начальство само разбирается».
— Директора и первого заместителя нет, второй находится в своём кабинете на третьем этаже. Мы проводим вас.
Я спокойно последовал за ними, краем глаза отслеживая ситуацию. Трое пошли со мной, последний остался докладывать в рацию.
Глупо, а вдруг я отвлекающий манёвр? Да и мага они всё равно не удержат, нет смысла посылать со мной больше одного охранника.
Интерьер двух коридоров и большого лифта не блистал разнообразием — мягкий ковролин под ногами, белые стены с редкими картинами китайских пейзажей, указатели с иероглифами и пустые офисы с дешёвой мебелью. На столах нет личных вещей, лишь расставленные в одном и том же порядке офисные принадлежности, ну и кресла задвинуты одинаково.
И нет работников, не считая стайки перепуганных моим появлением уборщиц.
— Все уехали домой на праздники, господин, — ответил охранник на мой молчаливый вопрос.
— Разве вы празднуете наш Новый год?
— Нет, господин, но его празднуют у вас. Нет смысла работать в стране, где у всех длинные выходные и всё закрыто.
Это звучало… логично. Милостью императора до десятого января работать будут лишь чрезвычайные службы, ну и особо ушлые предприниматели.
