Сейчас я отвезу вас к нам и накормлю, а к одиннадцати часам поедем к вашему следователю. Таня с ним договорилась и оставила адрес.
– Спасибо, – еще раз от всей души поблагодарила Настя. – Вы очень меня выручили.
– Ничего, – улыбнулась Ира, – вы нас тоже выручите. Таня вам вечером все объяснит.
* * *Ровно в одиннадцать Настя звонила в дверь квартиры бывшего следователя Федора Николаевича Макушкина.
– Проходите, – гостеприимно распахнул двери хозяин, – я вас жду.
Квартира была очень старой, но понять это можно было только по расположению комнат.
Во всем остальном жилище Макушкина выглядело вполне современно и радовало глаз свежепобеленными потолками и светлыми, модного рисунка обоями.
Федор Николаевич усадил Настю в кресло рядом с большим письменным столом, сам устроился на маленьком, кабинетном диванчике.
– Так что вас интересует? Какое-то конкретное дело?
– Да, и очень давнее. Семьдесят третий год, Бахметьев.
– Ну как же, как же, помню, – живо откликнулся Макушкин. – Было такое. Сейчас достану свои бумажки, посмотрим вместе, что там на него есть.
А вы, кстати, дело в Верховном суде смотрели?
– Пока нет, – призналась Настя. – Не успела. И потом, мне кажется, ответов на мои вопросы там все равно нет. Ведь оперативная информация, которая не нашла подтверждения, в официальные документы не попадает, а меня интересует именно она.
Макушкин притащил из угла комнаты стремянку и принялся перебирать папки, лежащие на самой верхней полке высокого, до самого потолка, стеллажа. Над его головой закружилось и медленно осело облачко пыли.
Двигался Макушкин легко и стремительно, ничем не напоминая стереотипный образ пенсионера-графомана, корпящего над мемуарами. Если бы Настя не знала, что он уже несколько лет находится на пенсии, то ни за что не дала бы ему больше пятидесяти пяти лет.
– Вот! – Федор Николаевич торжественно поднял над головой картонную папку с завязками. – Сейчас поглядим, что там есть. Так-то мне трудно припомнить детали, но если начну читать – сразу вспомню. А вас что конкретно интересует?
– Меня интересуют соучастники, которые не были осуждены вместе с Бахметьевым.
И любая информация о деньгах и ценностях, которые не были конфискованы.
Макушкин бросил на нее быстрый острый взгляд. В нем снова проснулся профессионал.
– А что, сейчас что-то выплыло? След появился?
– Не знаю. Пытаюсь понять. Может быть, мне все это мерещится.
– Деталями не поделитесь?
– Извините, – смутилась Настя.
– Ничего, ничего, – усмехнулся Макушкин. – Я понимаю.
