Зачем похитителю девушки? Это маньяк? Или торговец живым товаром?
Скорее всего, второе. И Аверин принял решение."
"– Кузя, – тихо сказал он, – отвлеки его.
Кузя скрылся в темноте.
И через некоторое время возле гаражей раздался оглушительный лай. Потом крик, мат и выстрел. И снова лай.
Аверин, насколько мог быстро, бросился к катеру. Преступник еще и вооружен, и Аверин от души надеялся, что в его оружии – не серебро. Не хотелось бы, чтобы Кузя пострадал. Хотя попасть в него обычному человеку совершенно невозможно.
Главное – пробраться на судно.
С некоторым трудом он вскарабкался по невысокому трапу и уперся в дверь. На секунду испугался, что она закрыта на замок, но повернул колесо, и дверь, щелкнув, открылась.
Он скользнул в темноту, нащупав тростью лестницу вниз, и начал спускаться. И услышал еще один выстрел и собачий лай. Кузя от души издевался над преступником.
Где-то за стенкой послышался плач. На секунду Аверин остановился. Взять эту сволочь сейчас? Девушки смертельно испуганы.
Но сколько таких же рыдает там, куда везут новую партию? Что, если похититель упрется и ничего не расскажет полиции? А если девушки заперты в каком-то другом гараже и замерзнут насмерть, пока преступника будут раскалывать? Нет, надо проследить. И узнать, кто заказчик и кто за всем этим стоит.
Неужели владелец заводика подрабатывает работорговлей? Для чего? Вызовы дивов?
Собачий лай стих.
Аверин двинулся вниз по лестнице. В нос ударил запах рыбы.
Он выпустил клубок Пут, и едва заметное сияние осветило каморку, в которой он очутился.
Сети. Свернутые в рулоны рыболовные сети. Вот что пахло рыбой. А поверх – пара швартовочных кранцев. Аверин присел на один из них и убрал Путы. Оставалось надеяться, что похититель в трюм не полезет.
Сверху заскрипела дверь, и снова раздался отборный мат.
– …проклятая шавка… – закончил свою речь хозяин судна, и Аверин опять услышал всхлипывания.
– А ну-ка заткнулись, шалавы, быстро! – рявкнул похититель, а Аверин почувствовал, как в ногу ему ткнулось что-то мягкое.
Кузя. Он сумел пробраться на борт, когда открылась дверь.
Завелся мотор.
Сначала катер очень долго двигался по льду. Его трясло, но не очень сильно, и почти не качало. В трюме было холодно. Аверин начал замерзать. Кузя, приняв облик неестественно крупного кота, забрался к нему на колени. То ли грелся сам, то ли пытался согреть хозяина.
