Императорский отбор для попаданки

Маркизетта с лихорадочным румянцем на щеках собиралась на музыкальный вечер.

Проблема с прической была кардинально решена, вот только наряды с новым стилем не сочетались.

Пришлось срочно отпарывать кружева, наспех придавать платьям строгость.

Я изо всех сил старалась придать ее новому образу гармоничности, и вышло все отлично, но… когда настало время выходить из покоев, нас обеих потряхивало.

Димея дрожащими руками взяла меня под локоток, ища поддержки. Сейчас ее не смущало, что я простолюдинка.

Я кивнула… и мы вышли в коридор — в вольер с плотоядными рептилиями, оживившимися при нашем появлении.

На нас глазели, нас обсуждали, над нами смеялись, но ровно до тех пор, пока не видели наши затылки, после чего поступала тишина, как после Армагеддона.

Неспешно, стараясь не показывать волнения, мы дошли до поворота. А когда свернули, Димка прошептала:

— Мне страшно!

— Селебрин-то тебя уже видел, — напомнила ей. Она кивнула, распрямила плечи и поспешила скорее попасть в музыкальный зал.

Он небольшой, уютный, со множеством диванчиков, как раз для компании, которая собралась скоротать вечер.

Императрица, император, стаст-дамы и другие приближенные к императорской семье степенно общались, но при нашем появлении повернули головы и притихли.

— Я, конечно, слаб здоровьем, — прохрипел сиплым голосом император, нарушая тишину, — но неужели дело дошло до галлюцинаций?

— У вас идеальное зрение, Ваше Величие, — поклонилась Димея почтительно. — Это я рискнула совершить эксперимент в моде.

— Покажитесь, маркизетта, — взмахнул рукой он.

— Дитя своего отца, — благосклонно улыбнулся император.

— Горжусь им, — поклонилась в низком реверансе Димея.

— Как смело, — улыбнулась и Мелдея. — О вашем эксперименте только и будут судачить. Равнодушных не останется.

— Его Сияние, принц Селебрин, заверил меня, что эта прическа мне к лицу, — улыбнулась Димея. Мелдея вскинула брови, посмотрела удивленно на сына.

— Только храбрый сердцем сможет попереть мнение толпы… — подарила она сыну ласковый взгляд, разрядив обстановку.

"Свет померк, заиграла музыка, маги-иллюзионисты начали вытворять чудеса.

Весь спектакль мне пришлось стоять за стулом маркизетты, но я позабыла о неудобствах, любуясь цветными фантазиями магов. Один образ плавно перетекал в другой, поражая сочностью цветов, невообразимым перевоплощением, сочетанием с музыкой.