Онлайн-библиотека книг
Вот только спаслась ли? Такой человек как Ворон не простит прилюдной пощечины!
Еще долго я стояла у стены, боясь пошевельнуться. И только кошачье тарахтение, такое обнадеживающее и умиротворяющее, успокаивающее, помогло мне отмереть.
Осторожно выглянула из-за ниши.
Белая кошечка лежала на боку перед шкафом.
Почувствовав мой взгляд, повернула мордочку, и я по глазам поняла: ей больно.
Сразу вспомнилось: животные могут мурчать не только от радости и удовольствия, но и от боли.
Стараясь не издать ни звука, ни шороха, подошла к животному, присела перед ним.
Красивая кошечка, глазастая. Просто милашка. Только безжалостный, жестокий человек мог поднять на такую лапоньку руку. Хотя я понимала, что ударили котейку совсем не рукой. А потом вовсе попытались добить магией. Из-за меня!
Попыталась бережно поднять, взять на руки животное, но оно дернулось от боли и хрипло мяукнуло.
— Бедненькая! — погладила ее по мягкому шелковистому бочку.
Я на чердаке, что над корпусом невест, или каком-то другом… Меня разыскивают. Я не знаю, что делать… Еще и пострадало невинное существо.
— Прости, — погладила его осторожно по макушке. — Я не хотела. — И разрыдалась от жалости к себе и кошке.
***
Кошечка не сводила с меня грустных, внимательных глаз. Они у нее большие, синие, чистые озера. Потом тихонечко встала и медленно пошла, подволакивая заднюю лапку.
— Ой, — я даже перестала плакать и невольно рассмеялась.
Кот грациозно повернулся и бросил небрежный кошачий взгляд, полный укора и недовольства: «Глупые, вы человеки», — и зашагал дальше.
Я поднялась и пошла следом. Ведь откуда-то же он пришел сюда, потому что здесь нет миски ни с едой, ни с водой, значит, где-то должен кормиться.
Прихрамывая, кот шел вдоль стены, принюхивался, а потом по одному ему ведомому признаку ткнулся мордочкой в стену с мелким щербинками, которых везде полно, и… прошел сквозь нее, как через туман.
Не веря своим глазам, я опустилась на колени, протянула руку и нащупала невидимую дверь! Толкнув которую наощупь, оказалась в хорошо знакомом служебном коридоре, освещаемом тусклыми рожками.
Что это за ловушка такая? Не понятно. Зато в коридоре, как ни странно, ни души. Только мой шерстистый спаситель тоже бесследно исчез."
"— Кис-кис-кис! — позвала кота тихонько. Увы, не отозвался. Тогда я сосредоточилась на своем спасении.
