Даже сейчас, в полутемном шатре пряди Фантары таинственно переливаются, а на свету и вовсе ярко заблестят.
– Дайте зеркальце! – потребовала взволнованная лира Родерик, а когда увидела свое отражение, в палатке был поднят довольный счастливый визг.
Гвен крепко сжала мою руку – откуда только силы взялись – и с горящим взором взмолилась:
– Шали, сделай и мне такие! Пожалуйста!
– Лира, я бы сделала, но у вас такого эффекта не будет, волосы светлые, все сольется.
– Все равно здорово, на свету я словно буду сиять.
– Давайте попозже, думаю, у нас осталось не так много времени до прихода императора.
– Прошу! Любые деньги!
Ну, может, и не любые, но почему бы и не взять, а то если все подарки отберут, денежные средства очень понадобятся. В общем, приступила к волосам Гвен.
– Некс, а ты не хочешь себе так сделать? – полюбопытствовала Фана, которая до сих пор не может наглядеться на себя в зеркало. – Красота ведь неимоверная.
– Нет, – Огнарик фыркнула. – Предпочитаю свою, естественную красоту.
Краска смоется, и что останется? Шали ведь не всегда будет под рукой, а про такие мерцающие краски я никогда не слышала.
С Гвен я торопилась, да и сама лира меня поторапливала. Со стороны шатра невест уже слышится шум – девушки стали просыпаться. Из-за спешки немного недодержала краску, а когда начала ее смывать и увидела результат, пальцы онемели, дыхание сперло. Поняла, что мне конец. Фана и Некс узрели новый цвет волос Гвен почти одновременно со мной.
– Кхм-кхм.
Лира Соушерик, давайте вы сами волосы высушите, а я пойду. Мне надо тоже подготовиться, – говорю я, уже спеша к выходу из шатра.
Гвен почувствовала неладное сразу. Видимо, интонации моего голоса выдали. Ну или круглые глаза Фаны и Некс, в которых застыл шок. Лира Соушерик выхватила у Фантары зеркальце и громко завизжала, а я прибавила ходу.
Из-за того, что раньше смыла, не успели произойти все окисляющие процессы, и окрашенные пряди лиры приобрели кислотный малиновый цвет. Ну, в принципе, тоже интересно так смотрится, никто бледной молью теперь не назовет.
В любом случае, пока мне на глаза Гвен лучше не показываться, пусть сначала остынет немного.
Отъехала подальше от стоянки, искупалась в реке, бессовестно пользуясь хорошим отношением к себе со стороны воды, сделала себе красивую и сложную прическу – течение само расчесало, а потом переплело мне волосы, осталось только подождать, пока высохнет, но солнце с утра уже жарко греет.
