У тебя остается еще два варианта. Возможно, хоть их ты не упустишь столь легко.
Паника понемногу отступает. Ночь с императором в самом интимном ее смысле мне больше не грозит, Небиул не торопится вершить возмездие за мой, по сути, отказ. Но вот повисшая между нами тишина напрягает. Зато облегчение невероятное. Да, не быть мне, наверное, великой спасительницей ведьминского рода. Шансы тают.
Где-то позади услышала ржание и лошадиный топот. Не обратила не это внимания, поскольку это могла быть стража, но вот ночные всадники приблизились.
Стража бы не позволила себе так нагло нарушить уединение императора с лирой. А вот кто-то позволил.
– О, прошу прощения. Мы вам помешали? – прохладно интересуется генерал, копыта его жеребца чуть ли не на ковре стоят. По лицу хозяина коня, как всегда, прочесть ничего нельзя. Но глаза не черные, это успокаивает. А вот Огран косится на меня неодобрительно. Что?
Кстати, насчет «мы» – Ошентор появился не один. Чуть в стороне собственная генеральская стража и три отлично знакомые мне всадницы.
Фана, Некс и Гвен. Ну, я, конечно, напряглась.
Император не стал показательно сердиться на генерала, ответил довольно-таки благодушно:
– Лицезреть тебя ночью вместо того чтобы общаться с очаровательной лирой – не самая большая радость. Но раз уж ты здесь, жду отчета по недавнему инциденту, ты ведь взял это дело на себя. Раскрыты заказчики? Почему ты не во дворце?
– Да, уже все раскрыто, виновники и виновницы заключены под стражу. Я позволил себе такую роскошь, как отправиться спать.
Три лиры, что со мной, задержались, хотели навестить подругу, которая живет во дворце. До них дошли слухи, что на нее напали. Через слугу они попросили узнать, спит ли та, а в итоге оказалась, что лира и вовсе исчезла из покоев. Обратились за помощью ко мне. Благо, начальник стражи прояснил ситуацию, предположив, что та самая лира уехала с вами, так что я все равно отправился домой, захватив лир, и заодно нашел вас. Все. Теперь я убедился, что все в порядке, могу со спокойной совестью уезжать.
– Подожди минуту. – Император обернулся к моим подругам. – Многоуважаемые невесты, не желаете ли присоединиться к нашему огоньку? Шали, ты ведь не против?
– Нет-нет, что вы, – улыбаюсь я в ответ императору. – Буду только рада. Эти лиры – мои самые близкие подруги и просто замечательные девушки.
Еще бы. После моего эмоционального заявления оставаться с повелителем в ночи один на один мне как-то страшно. А тут, может, он отвлечется.
