Осталось только одно желание – упасть на траву и не двигаться, и чтобы меня при этом никто не трогал. В первый момент, когда скомандовали привал, я так и поступила, буквально упав с коня на траву, но вскоре из повозки, кряхтя, вылезла Фана, приковыляла ко мне, уселась рядом, забыв о дорогом платье, и протянула:
– Ша-а-али.
– Я тут.
– Мне плохо. Я грязная, потная, меня укачало, и все болит. И кушать хочется. И в туалет.
Вот у меня такие же ощущения почти.
– Еду позже дадут, воду, думаю, тоже. Шатер сейчас воины поставят.
– А ты ничего против усталости сделать не можешь? Ты же эта… маг."
"– Если доберемся до воды, то кое-что могу. Но до берега метров сто, и не будем же мы там купаться на глазах у воинов.
– Так садитесь на лошадей, езжайте вверх по течению к ближайшим зарослям и купайтесь там вволю, – произнесла подъехавшая к нам Некс.
– Лиру Родерик так далеко никто не отпустит, – кисло ответила я. – И на коня что-то не хочется больше садиться.
– Шали, – лира Огнарик спешилась, присела на корточки возле меня и тихо-тихо поинтересовалась, чтобы никто не слышал.
– Я не поняла. Ты вроде рыжая, значит наверняка огненная… в плане силы. Чем тебе вода поможет?
Пожала плечами.
– Я вообще не знаю, что там у меня за сила. Учителей-то, которые могли бы подсказать, уже нет.
Все же кое-как под насмешливыми взглядами солдатни и их же ободряющими комментариями доползла до речки. Плюнув на все, залезла в воду прямо в одежде. Ни с чем не сравнимое наслаждение. Вода, несмотря на жаркую погоду, прохладная, и от этого невыразимо хорошо.
Дух реки нашептывает радостное приветствие. Раздался плюх и счастливое ржание. Это Индегерд решил не дожидаться, когда я о нем вспомню, и позаботился о себе сам.
– Везет. Жаль, мне положение не позволяет к тебе присоединиться.
Перевела взгляд с вечернего высокого неба на стоящую на берегу грустную Некс. Да, жизнь лир полна ограничений. Быть ведьмой лучше. Мой взгляд скользнул за спину лиры Огнарик. Ого. К реке, как и я недавно, ползет Фантара.
Ну, точнее идет, еле передвигая ноги, но скорость почти никакая.
– Ша-а-али, Ша-а-али, – хрипит лира Родерик, словно восставшия из мертвых, и тянет ко мне руки. – Мне уже все равно. Я к тебе. Полечи-и-и.
– Фантара, ты что? – всполошилась Некс. – Тебя ведь заклеймят неотесанной простолюдинкой, а то и девушкой легкого поведения.
– Да и пускай. По-моему, уже сразу и заклеймили. А я сама себе дороже. Мне все равно, что там подумают эти курицы, а воины и подавно.
