Несмотря на то, что император Николай совершенно оставил свою привычку истреблять воронье население Царского Села, встает он по-прежнему рано. Все так же выходит он в парк с ружьем на плече и карманами, полными патронов; но только больше ни в кого не стреляет. И даже промелькнувшая в кустах бродячая кошка не вызывает в нем больше охотничьего азарта. Со смертью драгоценной Аликс живодерские привычки у собирающегося в отставку государя пропали раз и навсегда. А может быть, дело в том, что его новая пассия госпожа Лисовая на дух не переносит таких развлечений своего кавалера, требуя, чтобы к кошечкам, собачкам и птичкам относились по-человечески…[4] И вообще, охоту на бродячих кошек, по ее мнению, должны быть объявить уголовно наказуемым деянием, потому что те массово истребляют крыс и мышей, кои не только портят огромное количество продуктов и грызут все, что плохо лежит (к примеру, кабели), но и разносят разные тяжелые болезни, вроде желтухи и чумы.
А Лисовую Николай уважает. Если поначалу в Алле Викторовне его привлекло только внешнее сходство с покойной супругой, то теперь, узнав ее поближе, он понял, что перед ним жесткая, волевая особа, способная превратить в чистое золото все, к чему бы она ни прикоснулась; и в то же время не потерявшая женского обаяния.
Лишенный лидерских задатков, Николай с радостью готов спрятаться за спиной у этой женщины, которая и поймет его, и обиходит, и пожалеет. Лисовая ничуть не напоминает тех бизнес-вуменш, которые к своему финансовому успеху готовы идти хоть по головам, хоть по трупам.
Ну да ладно, так даже лучше. Женится на ней Николай морганатическим браком и перестанет даже и думать о троне: во-первых – потому, что при морганатическом браке это невозможно, а во-вторых – Лисовой это на дух не надо. Она согласна быть Николаю верной женой, а его дочерям – доброй мачехой, но и только. Честолюбия в ней нет и на грош, если не считать желания гордиться хорошо сделанной работой."
"Но с Лисовой император встречается по вечерам, а ранее утро – это мое время, ибо я тоже люблю прогулки ни свет ни заря, хотя и не таскаю с собой повсюду заряженного ружья.
Нет, это не какие-то наши специальные встречи, просто если у Николая в этот день нет ко мне дела, то мы просто проходим друг мимо друга, раскланиваясь как добрые знакомые, а уж если у императора появляется желание поговорить, он останавливается и заговаривает со мной на интересующую его тему. Так получилось и на этот раз.
