Вы не поверите, но такой вопрос на самый крайний случай тоже обсуждался, и если будет необходимо, мы недрогнувшей рукой приведем этот план в действие. Мой будущий муж в таких случаях всегда говорит, что если враг не сдается, то его уничтожают.
В ответ маркиз Ито вздохнул и после некоторой паузы произнес:
– Япония небогатая страна, и поэтому она просто вынуждена воевать за источники сырьевых ресурсов, которых не много на островах Метрополии. Территория Кореи, самой ближайшей к нам территории, населенной родственным народом, для нас не прихоть, а вопрос жизни и смерти… Из-за нее мы воевали с Китаем десять лет назад, заставив Цинскую империю отказаться от Сюзеренитета по отношению к Корее.
Без нее наше государство просто не сможет развиваться и погибнет, со всех сторон задавленное могущественными соседями…
Ну вот, начались старые песни о главном – о бедности японцев и о том, как им позарез необходима Корея. Только видно, что Ито это не всерьез.
То есть он всерьез уверен в необходимости этой территории для дальнейшего процветания японского государства, но понимает, что теперь Корею им никто не отдаст. Не те расклады. Но ритуальные слова все равно говорит, потому что не может не сказать – такой уж у него мандат от его императора.
– Скажите, мистер Ито, – спросил я, – а вы не пробовали просто покупать необходимое вам сырье вместо того, чтобы заниматься грабежом покоренных народов? Конечно, грабеж кажется самым экономически оправданным бизнесом, но это ровно до тех пор, пока вы сами не окажетесь в положении побежденных, как сейчас.
Как верно сказал ваш министр иностранных дел господин Дзютаро Комура: «война уничтожает все прежние договоры», поэтому вашу страну сейчас не защищает ни одна дипломатическая бумажка, тем более что вы сами были инициаторами этой войны, и на вас же должны пасть ее последствия.
– Я лично был против нападения на Россию, – угрюмо произнес маркиз Ито, – это все правительство генерала Кацуро, но все те люди уже принесли свои извинения императору, а значит, полностью искупили свою вину…"
"– Слышите, ваше императорское высочество, – по-русски хмыкнул я, – лично господин Ито тут ни при чем, а те, кто были при чем, уже взрезали себе животы острыми ножиками, а значит, очистились от всех обвинений.
