Императрица поневоле

Впереди неё, настороженно принюхиваясь, крался чёрный щенок. Подойдя к большой резной двери, она обернулась по сторонам, и лишь потом толкнула её. Щенок проскользнул первым и улёгся рядом с порогом, вытянув лапы.

Свечи оказались потушены, поэтому в комнате царил полумрак. Лишь отблески огня от зажженного камина отражались в полированной мебели.

— Пап, можно к тебе? — решилась девочка подать голос.

В огромном кресле, стоящем напротив камина, сидел мужчина, глаза его были закрыты, руки расслаблено лежали на подлокотниках.

— Ты опять здесь? — повернулся он к дочке, стараясь скрыть улыбку. — Снова убежала из комнаты, когда няня заснула? Что на это скажет мама, если узнает?

— Ну, ты же меня не выдашь? — робко поинтересовалась малышка, переступая с ноги на ногу по толстому ковру, отчего ворсинки защекотали её ступни. — Помнишь, ты говорил, что взрослые девочки должны принимать ответственные решения, так вот — я очень ответственно подумала, что спать совсем — совсем не хочу, честно — причестно.

— Ах, ты проказница, — рассмеялся мужчина, — конечно же няня устала, после того, что ты устроила ей сегодня. Это надо же было додуматься притащить из сада ужей, я ещё молчу про пчёл, появившихся в её комнате с утра пораньше.

— И вовсе это были не пчёлы, — обиженно засопела девочка. — Няня всё время меня заставляет заниматься вышиванием вместо того, чтобы изучать всякие интересности, вот я и хотела показать ей, как важно отличать пчёл от мух — журчалок, или ужа от гадюки. Если бы она это знала, то не охрипла бы от визга, и не подвернула ногу, прыгая со стула на стул, задрав юбки.

— Я поговорю с мамой насчёт твоих занятий, — вновь улыбнулся мужчина, — по хорошему, мне надо было бы тебя отругать, но она уверяла, что ты извинилась перед няней и обещала подобного больше не делать.

— Да-да, всё так и было, — зевая и залезая к нему на колени, ответила девчушка, — пап, а расскажи мне ещё какую-нибудь легенду.

— Ну, сколько можно, пусть няня тебе их рассказывает, — наигранно проворчал мужчина,

— Не-е, няня не умеет рассказывать, так как ты, — устраиваясь удобнее в отцовских руках, замотала она головой.