Императрица поневоле

Ощущение холода, спустя миг, сменилось жаром во всём теле, наполняя сердце радостью, словно от предвкушения встречи с кем-то близким и родным. Открыв глаза, я оттолкнулась и поплыла, рассматривая на дне разноцветные камешки. Эйфория стала окутывать меня, ускоряя ток крови по венам и заставляя быстрее работать руками и ногам.

Нехватки кислорода совсем не ощущалось, поэтому я продолжала плыть, погружаясь всё глубже. Яркое свечение в толще воды, внезапно привлекло моё внимание. Оно словно манило приблизиться, что я и сделала.

Оказавшись в его лучах, вдруг осознала, что уже не плыву, а иду по коридору, залитому лунным светом. Удивления не было, так же как и страха, лишь стойкое ощущение, что вернулась домой.

Вокруг стали появляться люди, причём их количество быстро увеличивалось, но я знала по имени каждого из них, хотя, ни разу в жизни и не видела. Они окликали меня, приветствуя, задавали вопросы, что-то рассказывали сами, делились советами, подбадривали. Серьёзные разговоры плавно переходили в шутки и смех.

Мне было с ними очень уютно и комфортно, ведь я знала точно, что они моя семья. В их окружении я не чувствовала себя потерянной. Внезапно пришедшая мысль казалась весьма разумной — зачем возвращаться в мир, наполненный болью, разочарованием и одиночеством, когда можно остаться здесь навсегда, в кругу тех, кто принимает тебя такой, какая ты есть. Уловив мой настрой, все вокруг заволновались. Я видела осуждение в их взглядах, но знала, что они примут любое моё решение.

«Лия, пора возвращаться, ещё не время», — тихий женский голос, вторгся в моё сознание, развеивая эйфорию.

Нет, не хочу: там я опять буду одна. Зачем мне туда возвращаться, если я уже нашла здесь то, что искала — семью. Внезапно сознание затуманилось, и я увидела двух светловолосых малышей — мальчика и девочку, они тянули ко мне свои пухлые ручки и их голубые глазки наполнялись слезами. Сердце пронзила боль от возможной потери.

«Ну же, глупая, дыши!» — это уже был совершенно другой голос — громкий, раздражённый и… мужской, который слышать мне не хотелось совершенно.

Грудь пронзила резкая боль, потом ещё раз, снова и снова.

«Прошу тебя, дыши, девочка моя, родная, ну же», — раздался встревоженный шёпот, голос был всё тот же, но что-то в нём неуловимо изменилось, заставив душу встрепенуться.

Горло сдавило спазмом и что-то в нём булькнуло, заставляя закашляться. Вдох, ещё один, снова кашель… Горло саднило, лёгкие жгло.

Приоткрыв глаза, я увидела склонившегося надо мной лорда.