Имперец. Книги 1-5

— Мария, нам надо поговорить, — спокойным тоном произнес Максим Меншиков.

— Тебе надо — ты и говори.

Несмотря на всю свою беспечность и легкомысленность, Мария Нарышкина обладала высокой степенью эмпатии. И по одному короткому слову «Мария» мгновенно почувствовала, что собеседник не настроен потакать ее капризам.

Девушка картинно вздохнула и, словно делая большое одолжение, принялась складывать книги и собирать вещи.

Меншиков стоял рядом, заложив большие пальцы в карманы брюк своего дорогого костюма, и молчал.

Затем так же молча забрал книги, которые Мария отложила в отдельную стопку, чтобы вернуть библиотеке. По-прежнему не произнося ни слова, донес эту стопку до стойки дежурного сотрудника, подождал, пока Нарышкина оформит возврат, и все еще молча вышел с девушкой на улицу.

Солнышко спряталось, дул противный, промозглый ветер, обещая к вечеру обратиться в дождь. Холод противной змеей заползал под ворот тонкой рубашки, заставляя девушку поежиться. Но Нарышкина не успела додумать мысль о том, что зря она не посмотрела прогноз погоды, как на плечи ей лег тяжелый мужской пиджак.

Он пах дорогим терпким парфюмом, доходил ей до середины бедра и хранил чужое тепло.

Мария растерянно посмотрела на Меншикова, ничем не показывающего дискомфорт.

— Время обеда, — произнес юноша. — Я провожу тебя.

Боярышня кивнула, и пара медленным шагом пошла к столовой. Максим заговорил не сразу. В какой-то момент Марии даже показалось, что они так и дойдут в тишине до столовой, но Меншиков все же начал диалог:

— У нас проблема, — объявил он.

 — И эту проблему надо решать.

— Разорвем помолвку — проблема решится сама собой, — ощетинилась Нарышкина.

— Ты знаешь, что это невозможно. Но ты готова влезть в любую авантюру в попытках этого добиться.

— И буду продолжать! — упрямо произнесла Мария.

— Ты не просто рискуешь своей репутацией, — заметил в ответ Максим. — Ты подставляешь своих друзей.

Девушка упрямо поджала губы, а юноша взъерошил волосы, выдавая этим все свое волнение.

— И ты даже не дала мне шанса, — наконец произнес он то главное, что так давно собирался сказать.

Теперь Мария ответила не сразу. Ей не хотелось говорить с этим человеком. Ей не хотелось ничего с ним обсуждать. Головой она понимала, что Максим в чем-то прав. Но ее юный мятежный дух требовал бунта.

— Зачем это тебе? — наконец произнесла она, когда до столовой оставалась пара шагов.

Меншиков усмехнулся уголком рта, остановившись прямо перед стеклянными дверьми.