Имперец. Книги 1-5

Помимо княжича Ермакова тут имелась еще и уже знакомая мне Нарышкина. Нарышкины имели боярский титул и занимались внутренней государственной безопасностью. Насколько я знал, должность эта хоть и не была наследуемая, но передавалась уже несколько поколений. Впрочем, учитывая общую стабильность в государстве, нельзя было сказать, что Нарышкины работали плохо.

— Приветики, — улыбнулась рыжая бестия, стрельнув глазами в Ивана.

Девица явно нарывалась на приключения интимного характера, что аристократкам было несвойственно.

Как ни странно, но целомудрие благородных женщин продолжало быть основной валютой в торговле между родами. Поудачнее продать дочь замуж было таким же обыденным делом, как и обучить наследника семейному бизнесу.

Новиков кивнул девушке с достоинством, а княжич Ермаков принялся представлять остальных присутствующих, из чего я сделал вывод о его лидерском положении в группе.

— Боярич Андрей Лобачевский, — произнес Ермаков, указывая на щуплого парня в очках.

Лобачевский был типичным ботаником, только стильным и при деньгах.

И при влиятельных друзьях. На фоне Ермакова он выглядел вообще невнятно, но за толстыми стеклами очков прятался живой ум. Его род был одним из первых, кто почувствовал выгоду в вычислительной технике и начал активно инвестировать в это направление. Результат не заставил себя долго ждать, и всегда нищие, но породистые умники и умницы рода Лобачевских теперь купались в деньгах и кушали с золота.

— Княжич Кирилл Нахимов, — продолжил Ермаков наше знакомство.

Нахимовы были не только старым родом морских военных, но еще и владельцами весьма впечатляющего количества верфей, спускающих на воду исключительно боевые корабли. Их ультрасовременные военные суда нервировали вообще всех соседей, с которыми Российская Империя имела границу по воде, и чуть меньше раздражали всех остальных государей, обладавших собственным флотом. Нахимовские корабли ходили и на воде, и под водой, и с некоторых пор даже по льду. Короче, род был действительно серьезный, и кивнувший мне представитель этой семьи выглядел весьма впечатляюще — очевидно, сказывалась семейная муштра с детства.

— Княжна Дарья Демидова, — Ермаков с нескрываемой нежностью посмотрел на девушку, что не оставляло сомнений о намерениях молодого человека.

Демидовы отличались весьма своенравным характером: сидели за Уралом на железе, не сильно любили Москву, почти не отсвечивали в политике, но тем не менее были одним из самых влиятельных родов в империи.