Имперец. Книги 1-5

Но не как девушка оценивает парня, а как торговец оценивает лошадь.

— Могу зубы показать, — оскалился я, заставив девушку громко рассмеяться, запрокинув голову.

— Ты смешной, сладенький, — протянула она, отсмеявшись, и спросила серьезным тоном. — Он совершеннолетний?

— Обижаешь, — протянул Алмаз.

— А точно хочет выйти? — с сомнением спросила Афина, покосившись на клетку. — Там все по-взрослому, ты же знаешь.

— Точно хочет, — отозвался я. — И прекрати говорить так, как будто меня здесь не существует.

— Ну что ты, ты очень даже существуешь! — горячо проговорила Афина, а затем громким шепотом добавила: — Возможно, недолго, но тем не менее…

Как воспитанные люди, мы с Юсуповым сделали вид, что не заметили этого бубнежа.

— Как тебя представить-то, сладенький? — спросила Афина, придя к какому-то решению.

— Юрист, — отозвался я.

Афина нехорошо прищурилась:

— Юрист? Змий, если ты приволок полицейского…

— То мне ничего за это не будет, — спокойно сказал Юсупов. — В следующий раз подумай хорошенько, прежде чем пытаться мне угрожать, пусть даже и в шуточной форме.

Афина захлопнула рот на полуслове так, что даже зубы клацнули. Но долго молчать она явно не могла:

— Ну и по каким темам ты юрист? — с легким ехидством спросила девушка.

Я оскалился в своей лучше рабочей улыбке и ответил:

— Посмотрим, будешь ли ты таким же веселым и заводным под конец вечера, — вздохнула Афина, покачав головой.

Затем девушка щелкнула пальцами, и к нам подскочила официантка с папочкой наперевес.

— На вот, почитай отказ от всяких претензий на случай тяжелых телесных или летального исхода.

— Ты посмотри, действительно все по-взрослому, — усмехнулся я, просматривая текст.

Ничего особенного там не было: если вдруг что, то никто ни к кому не в претензии, денежки дают наличностью сразу по окончании боя, магия исключена полностью — все бойцы надевают блокираторы. Каждый участник проводит до трех боев за ночь. Победитель определяется одним из вариантов: нокаут противника, добровольная сдача, технический нокаут.

— Технический нокаут? — удивился я.

— Это когда один из бойцов не может физически продолжать бой, — пояснил Юсупов.

— Да, например, если переломаны руки и ноги, — широко улыбнулась Афина.

— Я не спрашивал, что это, я удивился фактом наличия, — ответил я, ставя подписи под документом.

— Ну мы же не звери, — возмутилась Афина, сцапав мои бумаги. — У нас честный бизнес!

Алмаз хохотнул, я тоже улыбнулся, но девушка сделала вид, что не заметила наше ехидство.