Имперец. Том 4 (СИ)

— А рано или поздно, но все равно придется, — вздохнула Василиса. — Если Строгановы продолжат пылесосить рынок, то свободных людей внятной квалификации просто не останется. А мы, наверное, будем расти… И штат наш будет расти еще быстрее.

— Ладно, составь просто абстрактный общий ответ-отказ, — попросил я девушку. — И, кстати…

Я переключил окно в компьютере, показывая ей разворот утренней газеты на одном из сайтов. Один из скромных заголовков с печалью уведомлял, что компания Сергея Строгонова, собиравшаяся выпустить главный конкурент «В Курсе», скоропостижно покидает нашу гостеприимную столицу.

Быстро же он сломался. Или папенька помог?

Мой сладкий сон был нарушен переливчатым, но настойчивым звоном видеодомофона. Были выходные, и мне вдруг захотелось переночевать в своей квартире. Общага, будь она хоть трижды аристократическая, все равно оставалась общагой. Там обязательно кто-то бухает, тискает девок или просто куролесит. Так что на выходные я сбежал к себе и планировал спать до победного, выходные же.

И пока я шел к нему, с некоторой тоской вспомнил свою первую хрущевку, где от дивана до дверного глазка можно было дойти в два шага. Домофон тренькал, вызывая во мне непреодолимое раздражение. Если там пьяный Тугарин, который не дополз до общаги, трезветь будет на коврике при входе.

Но за дверью оказался не татарский княжич, а представительного вида курьер с нашивками императорского дома на всех полагающихся местах.

— Александр Владимирович? — строго спросил меня мужчина, которого я встречал босой и в одних брюках.

— Да, — сухо ответил я, не испытывая ровным счетом никакого трепета перед напыщенным гонцом.

— Вам письмо из императорской канцелярии, — уведомил меня курьер, всем видом демонстрируя, что он мой внешний вид не одобряет. — Распишитесь, пожалуйста.

Пакет? Из канцелярии? Ой, что-то мне это не нравится…

Я расписался в получении, забрал конверт и, вежливо, но не очень искренне поблагодарив курьера, закрыл дверь и отправился на кухню.

Там письмо из плотной белой бумаги с вензелями, восковой печатью с гербовым оттиском и моим именем, написанным от руки красивым почерком с завитушками, было брошено на стол и забыто до тех пор, пока я тыкал в кофемашину, умывался и приводил себя в порядок.

Если бы было что-то срочное — телефон бы уже разорвался от входящих звонков и сообщений, а так… Небось какая-нибудь очередная наградная фигулина.

Щедро разбавив свежесваренный кофе сливками, я сломал печать и выудил из конверта приглашение.