Имперец. Том 4 (СИ)

Не посмотрел на родовитость, посмотрел на средний балл.

— И невероятно хорош собой.

— Ах, вот бы ему на глаза попасться. Он ведь еще не обручен?

— Объявлено не было.

— Так, может — это девица для него?

— Да нет, я ее знаю. Это какая-то простолюдинка из московского магического.

— Ничего себе! Давно ли Нарышкина и Демидова с простолюдинками якшаются?

— Ну на платье ей раскошелились, видать, девчонка полезная.

— А с кем она пришла?

— Симпатичный какой…

— Может, чей-то бастард?

— Говорят, тоже из Демидовских.

— Точно бастард! Небось, набедокурил князь по молодости, а сынок ладный вышел.

— Придержали бы вы языки, девочки, мы же в Кремле!

Мы остались с Василисой вдвоем, но не чувствовали себя покинутыми или растерянными. Девушка рассказывала, что уже завтра наш проект запустится в полную мощь, чтобы на праздниках люди усердно делились фотографиями, видео и прочей ерундистикой в Сети. Я знал статус работ, но видел, как горят глаза Василисы, когда она смакует детали социальной сети завтрашнего дня, и не перебивал.

Перебил нас кое-кто другой.

— Добрый вечер, — поздоровался с нами Петр Голицын собственной персоной.

Я мигом вспомнил, что это тот левый придурок, которого мне пришлось ломать для успокоения толпы в своем клубе. Если он сейчас затребует сатисфакции, перед Иваном мне будет крайне неловко.

— Добрый, — спокойно ответил я, окинув парня оценивающим взглядом.

Было видно, что разговор со мной ему дается тяжело. Голицын изо всех сил держал лицо, но гордое превозмогание все-таки проскальзывало в мимолетной недовольной мимике.

— Я бы хотел, м-м-м, извиниться за тот неприглядный случай в вашем клубе, — произнес Голицын. — Это был дурной поступок, и расплата за него оказалась соразмерна. Вы преподали мне урок, который я запомню на всю жизнь. И я хотел бы убедиться, что между нами не осталось никакого недопонимания.

Сказать, что я охренел — это ничего не сказать.

А затем вспомнил беседу с Румянцевой, вернувшейся из Лондона. Руководил там на месте как раз князь Голицын. Не нужно быть гением, чтобы понять, что глава рода, представляющий нашу страну на территории потенциального врага, знает поболее среднестатистического аристократа. Князь явно выдал пистонов драгоценному сынуле, чтобы тот наладил со мной нейтральные отношения.