Имперец. Том 4 (СИ)

Он, видимо, выступал модератором дискуссии до нашего прибытия и хотел вернуть собравшихся к прерванному разговору, но в этот момент тут какой-то шибко борзый и не очень, видимо, умный прокашлял:

Иван нехорошо прищурился, Максим заметно разозлился, я же откинулся в кресле, затянулся сладким дынным дымом и, медленно выдыхая его вместе со словами, равнодушно произнес:

— За слова ответишь или по древней левой традиции будешь за мамкину юбку прятаться?

В комнате повисла пауза. Отвечать за слова передо мной, понятное дело, не хотелось.

У Голицына на лбу от переживаний капельки пота выступили — ну еще бы, он же принимающая сторона, и так обосраться прям с порога нужно умудриться. Меншиков устало лоб потер, а Иван заметил:

— Вот из-за таких людишек вас никто серьезно и не воспринимает, — сказал цесаревич.

Присутствующим потребовалось полминуты на осмысление, а затем они разразились возмущением: они не такие и вообще сказавший дурак и перебрал, его сейчас выведут, только надо найти кого.

А дальше Иван с Максимом очень быстро и ловко замяли инцидент и пустились в философские рассуждения.

Мне только текстовое сообщение от Меншикова пришло:

Хотел сначала просто любезно согласиться, но затем передумал. Репутацию нужно поддерживать.

И посмотрел на Меншикова, ожидая реакции на мое сообщение. У княжича натурально дернулась щека.

Меж тем цесаревич толкнул пафосную речь о своем внезапном здесь появлении:

— Я решил посетить ваше мероприятие не просто так, — произнес наследник престола, оглядывая собравшихся.

— Мы с вами молодое, прогрессивное поколение, и было бы большим прорывом уйти от классической биполярной внутренней политики. Как показывает практика, значительная часть интересных и весьма полезных инициатив тонет или уродуется по пути к реализации просто потому, что вы и ваши визави от имперцев не можете даже банально находиться в одном помещении.

— Я — наследник трона, — продолжил Иван, — и у меня нет желания бездумно делить аристократию на левую и правую. Я бы хотел разобраться в вашей мотивации и ваших мечтах о благе Российской Империи.

Лояльных трону я прекрасно понимаю, их интересы — это мои интересы. Мне бы хотелось теперь понять вас, чтобы за время моего правления мы вместе сделали нашу страну еще более сильной и великой.

Я думал, народ сейчас одобрительно загудит, осознав, что им предоставили возможность высказаться напрямую, практически самому главному лицу в государстве. Но нет, просто взволнованно зашептались.