Имперец. Живыми не брать!

С их стороны — так аж трое! И все — откровенные отбросы общества, неоднократно судимые… Амнистированные, да. Так это вообще вопрос не к нам! Их президентская комиссия по помилованию оправдала. Мало ли, где и когда они воевали… не у нас же… Кавказ — это такое дело… там завсегда кто-то постреливает.

Да, знали мы, что они в городе остановились.

Они все — обыкновенные граждане. Те же права имеют, что и все прочие. Что у них за дела — нас не касается. Пока они не совершат что-либо противоправное. Как совершили — мы их сразу и того…

Нет, господин министр, профилактировать их деятельность мы права не имеем.

Как, почему?! Так вот же — ваш личный приказ! «О недопущении ущемления прав амнистированных граждан». (Надо, однако, сказать, что к заводу эти граждане отношения не имели. Они совсем другими делами занимались. Тоже, к слову, не совсем законными. И глаза намозолили многим. А тут такой случай подвернулся — сразу многое списать можно. Грех же упускать такую возможность! Вот и не упустили…)

И со стороны персонала завода кое-кто пострадал, увы… Но в основном легким испугом все отделались.

Раненых и убитых нет, а синяки — это все быстро заживает. Нечего было из комнат выскакивать да не своим делом заниматься. Для этого полиция есть!

Кстати, господин министр, спешу вам доложить, что именно у них было изъято целых тридцать единиц незарегистрированного оружия. В том числе и автоматического. Ну, и что с того, что совместное предприятие? Оно же нашим законам подчиняется? Нет? Извините, не знал…

Да, господин министр, меры будут приняты незамедлительно!

Есть, под личный контроль!

Брякнули опускаемые почти одновременно телефонные трубки.

Министр с недоумением покосился на аппарат.

Вроде бы и верно все… только как теперь президенту это объяснить?

Генерал вытер пот со лба.

Пронесло! Нет, на такой работе спецмолока за вредность явно недостаточно! Надо будет кое-кому на это намекнуть. Пусть поделятся… сметаной, например… или еще чем-нибудь калорийным.

Кто как — а я свою работу сделал.

Что оговорили — то и выполнил, а дальше пусть уж другие люди разбираются.

Чуть качнувшись на ухабе, здоровенный грузовик притормозил.

Сидевший за рулем водитель с наслаждением потянулся, с хрустом распрямляя затекшие руки. Кивнул напарнику на спальный отсек.

— Миха, поднимай пассажира.

— Сей момент, Семеныч.

Из-за занавески выглянула заспанная голова:

— На месте. Там, за поворотом, пост ДПС. Еще километр — и город начинается.