Империя Русь

Этот буйный северянин может протянуть свои щупальца прямо к «мягкому вымени», да помацать его до потери чувств и обширных кровотечений…

Из чего оставалось ровно два возможных сценария. Либо дружить с ним, целуясь в десны засосами, либо постараться принудить к миру на своих условиях в момент наибольшего напряжения сил. А о том, что Сигизмунд готовит весьма масштабное вторжение, Тимур прекрасно знал. Окончательно свалить Дмитрия вряд ли получится. Этот весьма умный восточный правитель прекрасно был осведомлен об укреплениях столицы – Москвы.

Единственным решением может стать многолетняя осада. Но удастся ли ее организовать в условиях столь непростой международной обстановки – большой вопрос…

Так что, взвесив все за и против, после информации о заключении мира и союза между Сигизмундом и османами для войны с Дмитрием, Тимур решился тоже поучаствовать. Другого случая, чтобы отстоять свои интересы перед лицом столь удивительно сильного противника, у него не будет, наверное, никогда. Тем более что одним фактом своего участия он увеличивал шансы на успех всей военной кампании против Дмитрия, далекие от ста процентов, к слову.

Оставалось определиться с войском. Ведь выставить все, что было под рукой, он не мог.

Вокруг его державы все было крайне нестабильно и неопределенно. И Делийский султанат, и Иерусалимское королевство, и османы, и мамлюки. В любой момент даже, казалось бы, непримиримые враги вроде мамлюков и крестоносцев могут объединиться для совместного удара по нему. Да и вообще – вся эта коалиция, созданная против Дмитрия, могла развалиться быстрее, чем он дойдет до Волги.

Она была крайне неустойчива и держалась больше на косолапости самого буйного северянина, чем на остром желании поучаствовать. Как доносили его агенты, никто не верил, что удастся победить малой кровью, даже навалившись всей толпой. Слишком крепким орешком был этот медведь. А Тимур не мог так подставляться и рисковать всем…

– Ты и твои люди должны покинуть земли моего сына немедленно, – холодно, сквозь зубы произнесла Маргарита Датская, глядя не в глаза послу Императора России, но в сторону, в окно.

– Мы чем-то вызвали твой гнев? – удивленно, но вежливо поинтересовался посол.

– А ты разве не понимаешь? – прошипела Маргарита.

– Нет, – продолжал невозмутимо упорствовать посол.

– Передай своему… – Она запнулась, подбирая слова.

– Императору? – подсказал посол.

– Передай, что ему не удалось втянуть нас в опустошительную войну. Ведь он на это рассчитывал.