Империя Греха

Это хороший вид боли.

Даже не подозревая, что я нуждалась в этом до этого момента. Вид боли, которая разрушает мои стены и оставляет меня обнаженной и жаждущей большего.

А его реакция? Я могла бы наслаждаться ею несколько дней. Я могла бы слушать его низкие хрипы и глубокие стоны вечно. Этот звук возбуждает меня.

И тут меня осеняет.

Его удовольствие возбуждает меня."

"Мои мысли подтверждаются, когда я чувствую, что он близок к освобождению. Я хочу довести его до этого, хочу заставить его обнажиться, как он сделал это со мной.

И как только я думаю, что мне это удастся, он выходит.

Его твердый член в его руках блестит от спермы и слюны. Моей слюны, которую я сейчас проглатывая с его вкусом.

— Почему...?

Это слово, потому что я, очевидно, потеряла способность говорить как надо. Дикий минет делает это, я полагаю.

— Как бы мне не нравился твой маленький ротик, я собираюсь кончить в твою киску, красавица.

Я прикусываю язык, дабы не застонать. Его грязные разговоры — это как удар плетью по моей самой чувствительной части.

— В постель. Сейчас же.

Я встаю на ноги, приказ заставляет что-то внутри меня вздрогнуть. Что-то настолько первобытное и сырое, что я не могу найти этому название.

Но вместо того, чтобы сосредоточиться на этом, я проделываю короткий путь к кровати. Прежде чем я успеваю дойти до нее, он хватает меня за тонкую бретельку платья и расстегивает молнию, а затем стягивает материал с моих рук, отправляя в полет подвеску с бабочкой.

Это рывок, без всякой пощады или мягкости. То, как его рука скользит по моей коже, не что иное, как доминирование.

Он мужчина, знающий, чего он хочет, и без колебаний идет к своей цели.

Прямо как мужчины из моей жизни.

Возможно, он тоже опасен, как и они.

Но это не имеет значения.

Никто не сможет найти меня, когда я исчезну.

Я стою перед ним голая, так как не надела лифчик, и это уязвимое положение, в котором я никогда не позволяла себе раньше находиться.

Сегодня речь идет о моем теле. Только об этом.

Не поворачивая меня, он берет сосок в свои пальцы и крутит, потом сжимает, потом снова крутит.

Пальцы ног подгибаются в каблуках — единственное, что на мне сейчас надето, не считая праздничного образа.

Затем он делает кое-что еще оставаясь позади меня — он обхватывает рукой мою шею, но не сдавливая горло.