Империя Греха

Однако меня удивило, когда отец пригласил нас троих на семейный ужин и объявил, что у них с Агнусом отношения.

Хотя я всегда считал, что Агнус имеет смешанную ориентацию, отец самый натуральный человек из всех, кого я знаю. И он до сих пор гетеро, я думаю.

Однажды он сказал мне, что Агнус единственный мужчина, который его привлекает. Дело не в его половой принадлежности, а в нем самом.

Так что впервые в жизни у него имеется стабильность с единственным человеком, который понимает его больше всех. Тот факт, что между его единственной биологической дочерью и мужем существует плохая кровь, всегда его не устраивал.

Оглядываясь назад, я не должен был поднимать тему их вражды, поэтому перенаправляю разговор на тему, которая нравится отцу — похвала его мужа.

— Кстати, я получил годовой отчет по портфолио, который Агнус вел для меня, и прибыль утроилась.

Его губы трогает редкая ухмылка.

— Он знает, что делает.

— Очевидно. У меня больше денег, чем я когда-либо смогу потратить.

— Ты мог бы открыть свою собственную фирму.

— Не сейчас. Сначала мне нужно получить еще несколько лет опыта.

Он смотрит на меня пристальным взглядом.

Я оглядываюсь по сторонам, затем снова обращаю внимание на него.

— Что?

— Ты послал Агнусу благодарность за то, что он утроил твою прибыль?

— Ему это не нравится.

Я сопротивляюсь желанию упомянуть, что Агнус немного асоциален.

Ладно, достаточно асоциален. Я на миллион процентов уверен, что он стал бы серийным убийцей, если бы не встретил отца в самом начале их детства.

— Отправь.

— Хорошо. Он придет сюда позже?

— Нет, он проведет ночь в отеле.

— Почему?

— Я же сказал, по работе.

Я прищуриваюсь.

— С каких это пор Агнус выбирает работу, а не быть твоей тенью?

— Это особый вид работы. Брось это.

— Хм.

Отец приостанавливает перемешивание супа и смотрит на меня.

— Что?

— Мне любопытно, вот и все.

— А мне интересно про твою девушку и причины, по которым ты не познакомил ее с нами. У тебя с ней несерьезно?

Мой позвоночник перекручивается от его быстрого способа сменить тему и поставить меня в центр внимания.

— Дело не в этом. Это... по-другому.

— По-другому в том смысле, что ты не используешь защиту, когда ты с ней?

Улыбка искажает его губы, в глазах блестит веселье.

— Как ты...? Я убью Дэниела к чертям собачьим.

— Вообще-то, это был Ронан. Он оживленно рассказывал эту историю примерно тридцати людям на вечеринке. Было забавно.