Я содрогнулась, когда он провел наконечником по внутренней части моего бедра и слегка шлепнул по участку между ног.
Мои слова разбудили в нем жестокого зверя, способного на все, чтобы подчинить себе женщину, сделать ее рабыней для утех.
Первый мощный удар пришелся по ягодицам. Я выгнулась дугой от жгучей боли, забывая, что руки страшно затекли, а капли крови стекают по локтю, разбиваясь о красный пол.
Я стиснула зубы, стараясь не кричать, но поясницу рассек второй удар. Я замычала, и слезы выступили на глазах. Третий удар сокрушил область плеч, и я начала задыхаться.
Казалось, что весь воздух выкачали из легких и сдавили горло, не давая проникнуть новому.
Дирам вырос передо мной, с нежностью поглаживая плеть.
– Хочешь, чтобы я перестал?
Я кивнула, роняя голову.
– Смотри мне в глаза!
Из последних сил я подняла на него взгляд, пугаясь пламени его красных совершенно безумных глаз.
– Хочешь, чтобы я отвязал тебя?
Я снова кивнула.
– Еще раз я услышу из твоих уст имя Кирона и сегодняшняя порка покажется тебе приятной! Это понятно?!
– Да, – прошептала я.
Дирам отшвырнул плеть, притянул меня к себе и закинул себе на плечо, Освобождая от оков. Бросил меня, словно мешок на постель, и я принялась разрабатывать онемевшие пальцы, ужасаясь виду окровавленных запястьев. Даже веревка, свисающая с крюка, насквозь пропиталась моей кровью. Я не успела перевести дух, как альва схватил меня за больное плечо и повернул на живот, вдавливая голову в подушку.
– Вставай на четвереньки!
Я тут же подчинилась, не помня себя от ужаса.
Он намотал мои волосы на руку и потянул на себя. Голова запрокинулась так сильно, что дыхание снова перекрыло. Я закашлялась, пытаясь схватить ртом воздух, а Дирам грубо врезался в мое лоно. Сделал несколько быстрых движений и обмяк, бурно в меня изливаясь.
Наконец отпустил волосы и слез с кровати. Я прижалась к металлической спинке, натягивая на себя простынь. Стала наблюдать, как он молча одевается, вешает на плечо сумку и уходит, запирая за собой дверь.
Глава 22
Кирон"
"В трапезной было так светло, как днем.
Прислуга зажгла тысячу свечей, чтобы помпезно принять императора Криелти. Я восседал на троне в полном одиночестве. Даже мать не почтила гостя своим присутствием, что казалось слишком странным. Но я не стал о ней думать. Милт сказал, что она так и не вышла из своих покоев после похода на рынок Маскулайна. Сейчас ее судьба волновала меня меньше всего. Я размышлял, медленно пережевывал полученную от Сайли информацию.
