Империя на марше

- Да погаси ты её, - добавил удивительно знакомый голос, - у меня фонарик есть.

Он тут же и зажёг свой фонарик, круглый и достаточно яркий, а когда приблизился, я узнал своего декана Кондрашова Вячеслав Петровича, такие дела… он вроде как похудел серьёзным образом, но в остальном таким же остался – большим и кряжистым, похожим на бурого медведя.

- Кого я вижу, вы ли это, Вячеслав Петрович? – справился я наконец с душевным волнением, - какими судьбами здесь оказались, в ветлужских дебрях?

- Догадайся, - ответил он, - с двух раз.

- Сложно с этим не согласиться, - осторожно сказал я, - но давайте ближе к делу…

- Ну к делу так к делу, - и тут он вытащил большую чёрную сумку из того же закутка, откуда сам появился. – Вот тут одежда, деньги, документы и грим. И еды немного, сейчас перекусим, ты ж наверно голодный?

- Ну да, поесть бы неплохо было, - согласился я, - последний раз перекусывал часа четыре назад вместе с волком.

- С кем? – переспросил декан.

- С серым волком, звать Челыш, помогал мне тут в процессе, - неопределённо сказал я.

- Ну ладно, с волком, значит с волком, - и он вытащил из сумки пакет с едой, потом расстелил газетку (как я заметил, это была Горьковская правда за 3 августа), подтащил два небольших брёвнышка и выложил на газетку то, что в пакете было.

- Садись, отужинаем, - пригласил он меня, а я не отказался.

- Как кстати там Светочка, как Марина Сергеевна? Давно никого не видел.

"- Спасибо, всё хорошо у них. Света второй раз замуж вышла недавно.

В пакете была жареная курица, помидоры с огурцами, хлеб и что-то во фляжке.

- Вот уж кого не ожидал здесь встретить, - честно признался я, откусывая от половинки курицы, - так это вас.

- Я же ведь не слепой и не глухой, - ответил он, - про твои похождения на «Александре Суворове» знаю достаточно…

- Достаточно для чего?

- Для того, чтобы понять, что за решётку тебя запрятали абсолютно безосновательно.

- Но почему вы-то этим занялись? – продолжил пытать его я, - других не нашлось, помоложе?

- Значит не нашлось… я ведь тоже два года отмотал на малолетке – я разве не рассказывал об этом?

- Не, даже не заикались – расскажите.

- Сейчас некогда, но потом как-нибудь обязательно. Давай наряжаться и краситься, время поджимает.