А дикторы продолжали зачитывать воодушевляющие новости:
…Европарламент потребовал немедленно вывести американские войска. Базы США в Европе находятся в плотном кольце манифестантов, обозленных тем, что американская авиация наносила бомбовые удары по территории союзников…
…Линкольн Таунс, принявший полномочия президента США после отставки Дика Уайлера, уволил с государственной службы Ричарда Хэддена…
…Морские пехотинцы, уволенные Уайлером в связи с «педигейтом», намерены возбудить судебные иски против бывшего президента…
— Мне это нравится, — заявил Дублон.
— Полный рулёз.
Снова начались танцы — все тащились под песню «Газонокосильщик», пародию на апинскую «Электричку», ставшую чуть ли не гимном кулхацкеров.
«Он — сумасшедший», — мне говорили,Два санитара к нам приходили,Уколы кололи, забрать хотели в тюрьму.А я не верю, а я не верю,Просто он нервный, ну просто нервный,Да, выпивает, а что б не выпить ему…Дергаясь в ускоренном ритме, хакеры нестройно подпевали:Мужики с ума от любви сходят редко,Я, наверно, зря по башке табуретукой,С горя б закурить, только нет сигаретки,Девушка, плачь, все пройдет весной.
Он летит в ночи, на педаль нажимая,За уголом мелькнет лишь труба выхлопная,Я уже стою, от любви замирая,Газонокосильщик любимый ты мой…— Точно про нас, — сказал Шаман млевшей рядом с таким мачо девушке Лапе. — И выпить люблю, и голову от любви терял, и посадить меня пытались… И табуреткой случалось получать.
А потом знаменитый сетевой поэт Ментол, оказавшийся Славиком из группы «Хоббит», стал читать наконец-то завершенную третью часть «Саги о Лохотроне».
В напряженной тишине тусовка жадно ловила звенящую рифму:
…Урок монахам строгий дан:Князь прокричал Восьмое Имя,И сорок тысяч обезьянС бананом бросились за ними.Гурьбой на юг они ушли,Но обезьяны их догналиИ на окраине землиБанан с размаху им вонзали.Но был коварным магом князь —Член обнажил, стыда не зная.Четыре дня от шкуры грязьОтмыть не может тварей стая…Снова музыка, и пары закружились в ритме танго. Прижавшись к Марцеллу под ревнивыми взглядами Дениса, Галя проворковала:
— Помнишь, у Стругацких — кажется, в «Стажерах» — написано про маленького человека.
Он умер — и грянула буря. А мы выжили — и остановили бурю.
— ""Бурю в степях"", — уточнила оказавшаяся рядом Лея, умевшая становиться до отвращения педантичной."
"Обнимая ее за плечи, Череп укоризненно сказал обеим дамам:
— Это не про нас классики писали. Какие же мы «маленькие» люди?! Мы, прямо скажем, вполне солидных размеров.
