00 к внутренней сети ОИБ пристыковался суперкомпьютер ГРУ «Казбек-3». Два блока по 144 процессора в каждом обладали производительностью, соизмеримой с возможностями заокеанских машин фирмы Cray Corporation. Поток несчитанных гигагерц раскрутил турбину «Калейдоскопа», а бездонная память серверов ОИБ выплеснула в эту воронку терабайты информации, накопленной за последние три недели. В визуальной транскрипции эта картина была потрясающе прекрасно, хотя и подавляла воображение — исполинский пейзаж с тщательно прописанными мельчайшими деталями.
Застонав от восторга, лейтенант Дутова с бешеной скоростью заработала пальцами, превращая безумие хаотичных сигналов в рационально организованное изображение.
***
В прежние времена шпионов частенько ловили с поличным на передаче донесений. Контрразведчики подолгу наблюдали за выявленными тайниками, куда предательская рука закладывала сообщения для хозяев. Опытные оперативники вели слежку за каждым шагом подозреваемых, а чуткие антенны перехватывали шифрованные сигналы шпионских радиопередатчиков.
Интернет и электронная почта сделали эти усилия бесполезными. Любой пользователь без труда получил возможность пересылать файлы с донесениями прямо в штаб-квартиру неприятельской спецслужбы, воспользовавшись Всемирной Паутиной, неподконтрольной ни одному государству.
Выход был найден — перехватывать сообщения электронной почты, и тогда из недр пентагоновского Агентства Национальной Безопасности вылупился спрут по имени «Эшелон».
Бесчисленные станции, разбросанные по всему миру, прослушивали каждый сигнал, переносимый радиоволнами или телефонными проводами. Суперкомпы АНБ проверяли все файлы на наличие ключевых слов, и попавшие под подозрение сообщения попадали в оперативные подразделения спецслужб для дальнейшей разработки.
Сегодня лейтенант Дутова должна была за два часа решить задачу, на порядок более сложную — найти сайты, на которые стекалась шпионская информация, не покидающая виртуальных пределов государства.
***"
"Визуальный штурм продолжался второй час. «Калейдоскоп» неутомимо превращал вихрь электронных сигналов в подобранную по вкусу оператора систему изображений, имеющих более-менее осмысленные регулярные формы. Мониторы, расположенные внутри очков перед зрачками Галины создавали подлинный стереоэффект.
