— Поверьте мне, эньора, даже когда все идет гладко, девушку перед свадьбой съедает волнение. Да и жениха тоже… Это ведь самое важное событие в жизни, самое значительное, судьбоносное.
— Спасибо, Нереза, мне теперь еще страшнее…
— И я боялась, когда замуж выходила, ведь совсем девчонкой была, — вспомнила женщина, и улыбнулась воспоминаниям. — Думала, тяжко будет, муж суровым казался, немногословным. Зря… Это муженьку надо было нервничать, потому что в семье я стала главной и все делалось по-моему. Сынок мой, который на север уехал, в отца пошел, такой же податливый.
Ох и крутит им жена! Вот я и осталась в Тоглуане, чтобы не жить с ними в одном доме и не ссориться, ведь мы обе с характером. Выбираюсь к ним каждое лето, с внуками поводиться. Сын все зовет к себе, но я не уеду пока: не нравится мне север, да и платят в замке хорошо, могу сыну помогать.
Служанка намеренно рассказывала так подробно, чтобы занять мои мысли, отвлечь.
—…Владетель хорошо о вас позаботился, вон какое приданое, — снова вернулась она к теме моего замужества, и указала на сундук.
— А то, что Мео такие кислые, это не беда: привыкнут, подобреют, как узнают вас получше.
— Или возненавидят…"
"— Тут не угадаешь, — вздохнула Нереза. — Спите, эньора. Завтра у вас начнется новая жизнь.
Новая жизнь… как же хочется, чтобы она была счастливой.
Небо было серым и угрюмым, ветер зло гудел, шел мелкий дождь – обычный для Тоглуаны зимний день… и день моей свадьбы. Мы с Рензо вышли на крыльцо, и толпа поздравила нас единым, мощным:
— Драконова воля! Драконова воля!
Рензо склонился ко мне и поцеловал, чтобы показать всем, что я его жена, что принадлежу ему, что таков выбор Дракона, ведь каждый мужчина-плад подобен Дракону и его выбор священен.
Я заметила краем глаза краткую вспышку: это Рензо продемонстрировал наш огонь, уже общий, народу.
Первые поцелуи молодоженов должны быть долгими, а огонь их – гореть ярко, так что мы простояли так, на крыльце, достаточно для того, чтобы нас увидели, разглядели, запомнили…
Отстранившись, Рензо взял меня за руку.
Вслед за нами на крыльцо вышли владетель с супругой. Хозяин туманов, Брадо Тоглуанский, как всегда, был одет в темное; единственным ярким акцентом была брошь в виде язычков пламени. Я смотрела на мужчину, как через туман.
Неужели так все закончится? Неужели он сдержал слово? Неужели отпустит меня… нас?
— Счастья вам, юные Мео, — сказал он. — Да будет Великий Дракон благосклонен к вам.
