Не застудила ли я придатки? Не хватало еще заработать проблемы по женской части, ведь я так хочу детей…
Немного погодя в комнату зашел Рензо с двумя плошками: в одной был суп, в другой – сухарики.
— Как ты, Туфелька? — спросил муж, подходя ко мне.
— Могло быть и лучше…
— И будет: вот поешь супчика и сразу станет лучше!"
"Присев на кровать, Рензо опустил на нее плошку с сухариками, а другую плошку, с супом, поднял повыше, чтобы удобнее было меня кормить из ложечки. Я попробовала бульон, и он показался мне божественным.
— Нравится? — спросил муж, заметив мою реакцию. — Сам сварил. У меня вообще хорошо выходят супы.
— Если бы ты рассказал об этом, когда ухаживал за мной, я бы тебе сама предложение сделала, — негромко, чтобы не тревожить больное горло, проговорила я.
— Если бы я знал, на что тебя ловить, Туфелька, так бы и сделал! Я научился готовить, когда стал жить один, — объяснил плад, продолжая меня кормить. — В Ригларке можно найти, где кормят хорошо и не дорого, но нельзя же всегда ходить по едальням?
— Ты прелесть, — отозвалась я.
Накормив меня, Рензо еще раз поправил подушки, чтобы мне было удобнее, и прилег со мной рядом. Я потянулась к нему, опустила голову ему на плечи. Мне бы заснуть, поберечь себя от плохих мыслей, но я не смогла себя побороть и спросила о Дреафраде.
— Почему у меня руки порезаны? Что произошло?
Муж рассказал. В общем-то, меня этот дивный рассказ не удивил, особенно в свете последних событий. Перерождение само по себе чудо, как считают имперцы, так что странности, происходящие со мной, могут быть вовсе не странностями, а закономерностями.
Но как выделить эти закономерности? Я перелопатила гору литературы на тему религии и драконовой воли, пока жила в Колыбели туманов, но чего стоит эта литература, если там указано что драконоподобные вот-вот исчезнут, и разумом не наделены? У кого же тогда искать ответа – у ллары? Но и она мне кажется источником ненадежным…
— А каково мнение ллары? Что она сказала, узнав о том, что случилось в Дреафраде?
Рензо сделал важное лицо и, копируя интонации Эулы, ответил:
— Драконова воля.
— Ну разумеется! Как я могла забыть, что эти магические слова объясняют все на свете! — съязвила я.
— Поэтому я так не доверяю культам: никакой конкретики, — проговорил муж, усмехаясь. — Ты долго спала, зато жар спал. Как твой живот? Все так же болит?
— Ничего уже не болит, — приврала я и подумала о том, что привирать мне еще много придется.
