Поэтому старший менеджер, заметив посетителя, тут же насторожился и, быстренько сплавив клиента, которым занимался, одному из юных дарований, пытающихся проявить себя на ниве торговли недвижимостью, подошел к молодому человеку, скромно стоявшему у стены и разглядывавшему фотографии в строгих багетных рамках — портреты знаменитостей средней руки, воспользовавшихся в разное время услугами агентства.
— Добрый вечер, чем могу быть полезен?
Посетитель обернулся, и по тому, что на его лице мгновенно вспыхнула привычно-вежливая улыбка, менеджер понял, что не ошибся.
Юнец явно был иностранец. Однако, как оказалось, по-русски он говорил вполне прилично.
— Добрый… вечер. — Молодой человек мгновение помедлил, наверное, мысленно выстраивая русскую фразу. — Я бы хотел купить недвижимость.
Менеджер растянул губы в самой радушной улыбке, которую только смог изобразить. Какое умное заявление, а то он не догадался.
— И что же вас интересует?
Юноша немного помолчал, на этот раз, по-видимому, мысленно переводя с русского на тот язык, который считал для себя родным, затем, покончив с этим нелегким делом, вновь улыбнулся и произнес:
— Меня интересует дом на Крымской.
"
"Менеджер сохранил спокойную мину, но про себя ахнул. С этой развалюхой на Северо-Западе фирма изрядно просчиталась два года назад, причем по его собственной вине. Он попал на муниципальные торги наутро сразу после хороших посиделок с институтскими однокашниками по случаю двадцатилетия выпуска.
Поэтому голова у него работала не очень. Отдельное жилое строение общей площадью около тысячи квадратных метров было выставлено на муниципальных торгах за такую смехотворную цену, что, когда ее объявили, он подумал, что ослышался. Однако на всякий случай вытянул руку, справедливо (как ему тогда казалось) полагая, что если это окажется правдой, то пусть даже от здания остался один только фундамент, они все равно сумеют вернуть свое с лихвой.
Это ведь Москва, а не Урюпинск. Но когда оказалось, что, кроме него, на этот лакомый кусочек других претендентов не наблюдается, у него засосало под ложечкой. Ну а когда на следующий день они поехали посмотреть на столь выгодное приобретение, он окончательно осознал, как они влетели. Это был дряхлый двухподъездный кирпичный дом времен, может быть, первых пятилеток, зажатый между глухими складскими заборами.
