В его сознании подобные заявления были прямым производным от сталинского вопроса: «Ватикан — сильное государство? А сколько у него дивизий?» В той среде, в которой он вращался, подобные высказывания считались просто неприличными. Либеральная интеллигенция, одним из признанных рупоров которой он являлся, как-то предпочитала не замечать, что в системе «цивилизованных западных ценностей», столь восторженно ими принятых и активно пропагандируемых, нашлось место не только силовым акциям против Югославии и некоторых других государств, сомнительным даже с точки зрения международного права, но и вполне обычным атакам английских и французских фрегатов и сторожевиков на испанские рыболовные суда в районе, в котором испанцы испокон веку ловили рыбу, но который «внезапно» оказался спорным.
"
"— Но Ваше Величество, неужели вы в самом деле считаете, что основным приоритетом нашей экономической политики вновь должно стать, — в его голосе зазвучала издевка, — «обеспечение обороноспособности нашей страны»? Но это же абсурд! Обеспечить безопасность нашей страны мы сможем лишь в том случае, если войдем неотъемлемым звеном в обновленную международную систему безопасности, создадим систему договоров с ведущими мировыми державами.
Это гораздо более эффективный и… с точки зрения экономики намного менее обременительный путь. Посмотрите, как быстро американцам удалось после 11 сентября сформировать антитеррористическую коалицию! — Видовнев запнулся и, чуть понизив тон, развел руками, словно извиняясь. — Нет, я согласен, наше участие в ней было не столь успешным, как ожидалось, однако вспомните, в тот момент у власти в России находился выходец из КГБ.
Вот цивилизованные страны и не рискнули пойти на более тесное сближение с нашей страной. Уверен, если бы в тот момент нашим президентом был кто-нибудь из либеральных политиков, результат был бы совершенно иной. И никаких воплей о том, что Россию «обманули» (это слово он произнес, презрительно скривив губы), не было бы и в помине. — Тут Видовнев, заметив признаки нетерпения на лице Его Величества, испугался, что он вот-вот его перебьет и не даст договорить, а потому выставил перед собой ладонь, как бы прося позволить ему закончить мысль.
— Ведь посмотрите — все цивилизованные страны, да и большинство других, в том числе и Россия, очень быстро и однозначно дали ответ на вопрос президента Буша: «Вы с нами или против нас?» И это доказывает, что западная система коллективной безопасности блестяще работает.
