— Вот что сделаем… Сейчас поедешь на Дмитровское шоссе, к Бутырскому хутору, там стройка. Как следует осмотри заграждение и территорию стройки. У меня дурные предчувствия, мне кажется, что там нас ожидает сюрприз.
Андрей понимающе кивнул, уже готовый ко всему.
— Хорошо, но я не успею обратно.
— И не торопись. Вместо тебя в машине сопровождения поеду я. Осмотрись там как следует. Если заметишь что-нибудь подозрительное… В общем, не мне тебя учить, что нужно делать. Сам знаешь!
— Хорошо.
— Поторопись!
Едва за Карасевым закрылась дверь, Маркелов набрал номер Чанышева.
— Слушаю, — раздался знакомый голос.
Захар пытался отыскать в нем какие-то напряженные интонации, некоторую взволнованность, но голос звучал вполне нейтрально.
— Ты готов?
— Да.
— Через пятнадцать минут выезжаем. Так что будем на месте точно в назначенное время.
— Хорошо. Мы тоже собираемся.
Маркелов отключил телефон. Посмотрелся в зеркало. Главное — не показывать свою нервозность Беляеву. Захар попытался улыбнуться. Получилось.
Поправил пиджак, слегка приподнял голову. Вполне нормальный вид. Теперь можно выполнять боевую задачу.
Он уже собирался выходить, как прозвенел звонок телефона. Это был его прежний сослуживец Иван Самгин, работавший и сейчас на Лубянке, где-то в аппарате. Человек с очень большими возможностями. Маркелов не однажды прибегал к его помощи. Сейчас был тот самый момент.
— По твоей линии можно говорить? — деловито поинтересовался он.
— Можно, — ответил Маркелов, вспомнив про электронную защиту.
Если кто-то надумает подслушать разговор, то услышит только сильный треск и частые щелчки.
— Ты меня удивил еще раз, — восторженно протянул аппаратчик. — Ты опять угадал! Твоя знакомая Кира Губанова действительно работала на нас. Ее оперативный псевдоним Скоба. Не знаю, почему ее «обозвали» так, но, видно, для этого имелись какие-то основательные причины. Хотя этот псевдоним может быть не единственный. — По спине Маркелова пробежал неприятный холодок. Уж лучше бы он ошибся! — Завербовали ее еще в университете.
Работала по дипломатам. Насколько мне известно, ее ценили.
— Каким образом она оказалась в «Российском ковчеге»? — как можно спокойнее спросил Маркелов. — Может, ее кто-то направил?
— Сказать трудно, — сказал Самгин. — Не исключаю, что это действительно какая-нибудь сложная многоходовка и кто-то очень серьезный действует против вашей компании, внедряет своих людей. А может, простое совпадение. Это закрытый материал, я не имею к нему доступа.
