Андрей вас проводит.
— Хорошо, — пожал Геннадий Федорович плечами. — Если вы так настаиваете.
Выдвинув ящик стола, он достал из него связку ключей и, сопровождаемый Маркеловым, направился к выходу.
— Как только прибудете на место, немедленно свяжитесь с нами, — сказал Маркелов.
— Непременно, — кивнул Круглов. — А знаете, я вас все время считал другим.
— Каким?
Круглов пожал плечами:
— Ну, не таким деятельным, что ли. А вы вот как… Признаюсь, впечатляет!
Захлопнулась дверца лифта. Маркелов вернулся в кабинет Круглова.
Выходит, что Хрулев подозревал, что за ним ведется наблюдение, и таким образом захотел подставить Круглова, чтобы отвести подозрения от своего человека. Кто же он — этот «крот»?!
На столе огромными стопками возвышались деловые бумаги. Пару дней столь усиленной работы, и уже не останется места для деловой информации, Геннадий Федорович начнет сваливать бумаги на стулья, которые обычно занимают посетители.
В силу каких-то соображений Круглов отказался от услуг секретаря и предпочитал лично вести свои дела.
Ничто так не говорит о хозяине, как его личный календарь. Обычно он является настоящим кладезем для контрразведки. Маркелов подошел к столу и полистал ежедневник Круглова. Почерк у Круглова был мелкий, неряшливый, однако в записях можно было проследить весь его распорядок за последние несколько месяцев. На страницах ежедневника были указаны имена и фамилии людей, с которыми ему предстояло встретиться, время и место встречи, порой даже раскрывалась суть вопроса.
Маркелов знал, что Геннадий Федорович имел привычку вести записи даже на деловых бумагах, используя для этого их оборотную сторону.
Несколько таких бумаг лежало на краю стола аккуратной стопкой. Интересно, что в них? Перевернув одну из них, Маркелов прочитал: «…встреча с В., — ужин». На следующей странице выведена еще одна надпись: «…проиграл В. 1500 $. Отдать завтра!»
Судя по записям, этот таинственный В. занимал в жизни Геннадия Федоровича немало места. Вместе они не только ходят по барам, но и просиживают за карточным столом.
Остается выяснить, кто он: близкий знакомый или случайный собутыльник? Геннадий Федорович, человек необычайно контактный, мог запросто завести дружбу с кем-нибудь в баре, после чего провести с малознакомым человеком целый вечер. Нельзя исключать вероятности, что один из таких «случайных» людей мог оказаться профессиональным разведчиком. А Круглов, в силу живости своего характера, просто выбалтывал ему конфиденциальную информацию.
