У порога Веселов неожиданно приостановился, правое плечо его дернулось, он хотел обернуться. Но уже в следующее мгновение уверенно шагнул за порог.
Маркелов достал мобильный телефон:
— Владислав?
— Говори.
— Он ушел. Может быть, стоило его задержать?
— В этом нет необходимости.
— Он может скрыться за границей. В швейцарском банке у него крупный счет.
— Уже не скроется, сегодня будет подписан ордер на его арест. Только не спрашивай, откуда мне это известно! Еще через три дня его должны отправить в Бутырку, а Смотрящему кичи я уже наказал, чтобы встреча была достойной.
А тебя поздравляю, «альфа», с новым назначением.
Маркелов невольно улыбнулся:
— Спасибо.
— Ладно, до встречи.
В трубку ударили короткие гудки. Маркелов положил телефон в карман и пошел осматривать свои владения. Вот оно как! Оставалось еще одно крохотное дельце, и его следовало довести до конца.
* * *Захар еще раз убедился в том, что человека губит сила привычки. Ведь, как правило, люди в одно и то же время выходят на работу и возвращаются с нее, домой идут по одному и тому же маршруту, любят обедать в привычных местах, предпочитают полюбившиеся места отдыха.
Генерал Назаров не был исключением. Ровно в двадцать один ноль-ноль он выходил из квартиры и неторопливо брел по улице, после чего заходил в сквер и сидел на скамейке ровно пятнадцать минут. Затем возвращался домой. Такие прогулки он совершал на протяжении последних лет. По его собственному убеждению, сон от них становится слаще.
Возможно, так оно и было. В правом кармане Федор Валерьянович всегда носил табельный «макаров», полагая, что эта вещица способна уберечь его от многих неприятностей.
Этот день ничем не отличался от других, разве что было немного ветрено. А потому ровно в девять часов вечера дверь в подъезде распахнулась, и на улицу вышел Назаров. Посмотрев по сторонам, он зябко поежился и, подняв воротник, неторопливо пошел по улице.
Стараясь не попадать в поле его зрения, Маркелов направился следом.
Этот путь генерал проделывал на протяжении последних лет много сотен раз, а потому его беспечность не удивляла.
Генерал дошел до своей любимой скамеечки и, смахнув сор, удобно устроился на ней, закинув ногу на ногу.
Захар подошел со спины и, не спрашивая разрешения, опустился рядом.
— Здравствуйте, Федор Валерьянович.
— Ах, это ты, — равнодушно обернулся генерал. — А я и не заметил, как ты подошел.
— Просто сейчас я хорошо подготовился.
