И не успокоятся до тех самых пор, пока не отыщут — живого или мертвого. Не совсем понятно, что за организация прячется за плечами Валентина, но ясно одно, что сам он совсем не напоминает лоха, а потому не исключен вариант, что он тоже попытается избавиться от ненужного свидетеля, едва только нужные документы попадут к нему в руки. Отказаться тоже невозможно: слишком высоки ставки, слишком далеко зашло дело.
А Велес между тем слегка подобрел, но вот глаза его по-прежнему сверкали красным огнем.
Однако теперь в них присутствовало нечто иное, подвластное разве что лишь звериному пониманию.
И все-таки существовал способ, который поможет ему победить. Но для этого непременно нужно было вступить в поединок с диким зверем. Дух побежденной твари вселится в поединщика, сделает его сильнее и тем самым защитит от всяких демонических сил.
Захар помнил случай, когда волхв, Григорий Панкратов, выходил на поединок с шатуном, тем самым ставя собственную жизнь на край пропасти.
Но своим отчаянным примером он демонстрировал молодым волкам, что важна не только телесная мощь, но и духовная сила. Своего же первого медведя Маркелов заколол вилами, когда ему исполнилось девятнадцать лет. И сейчас он чувствовал, что дух покоренных им зверей строптиво метался в его подсознании, ощущая нешуточное беспокойство за собственное существование. Захар обязан был победить, и бог поможет ему в этом. За многие тысячелетия Велес сумел вобрать в себя не одну звериную жизнь, важно было уговорить его поделиться своей силой, и тогда Захар станет непобедимым.
Маркелов закрыл глаза. Попытался сосредоточиться на трепещущем пламени свечи. Прошло не более двух минут, и он почувствовал, что сумел войти в информационное пространство Велеса, и ощутил себя песчинкой в сравнении с его величием. Захар перевел взгляд на Велеса и увидел, что вокруг его фигуры обозначился желтый контур. То был сигнал: Велес наградил его проницательностью, и теперь Захар способен был впитать чужую жизнь, которая поселится в его теле и придаст ему дополнительные силы.
Сделав глубокий вдох, Маркелов остановил дыхание. Он вновь закрыл глаза. Ему показалось, что он пробыл в таком состоянии целую вечность, но действительность не превышала даже двух минут. И когда у Захара уже не оставалось сил, чтобы справиться с нехваткой кислорода, пришло желанное откровение.
