Империя страха

Если бы мне сказали, что его можно вернуть, если я этого захочу, я попросила бы, чтобы его воскресили…

И все равно эта щедрость от лукавого, подумал Потапов. Ведь она знает, что Тереху не вернуть. Она видела мужа мертвым, когда проводилось опознание тела, и знает, что никакой дьявол не в силах вернуть его.

– Что Барабас еще может у вас отобрать? Что еще оформлено на вас?

– Машина… Машина оформлена на меня.

– Машина у вас красивая. И очень дорогая.

Если она хотела увести его от темы, то ей это не удалось.

– Что еще вам принадлежит? Рестораны, магазины?

– Не знаю… Этого я не знаю.

Это все на Эдика оформлено, а что у него там в завещании, он не говорил… И это меня не очень волнует, особенно сейчас. Мне страшно. – Мила посмотрела на него с горечью в поисках сочувствия. – Меня подозревают в убийстве, мне угрожают, меня ставят перед выбором. А я не хочу ни с кем быть – ни с Димой, ни с Вадимом.

– Значит, и Дима тоже сватался к вам?

– Похоже на то. Он сказал, что с ним все будет, как с Эдиком… А я не хочу быть с бандитом…

Мила всхлипнула, закрыв лицо ладонями.

Если она искренна в своих эмоциях, то глаза у нее сейчас должны быть мокрые от слез, но как это проверить? Не отрывать же силой руки от лица.

– И папа меня всегда упрекал. Не осуждал, но упрекал. Они его инвалидом сделали.

Мила отняла руки от лица и посмотрела на Михаила с ожесточением, адресованным тем, о ком она говорила. И глаза у нее мокрые, и тушь по векам размазана, и лицо в красных пятнах.

В Милиного отца стреляли, пуля в голову попала.

Рикошетом попала, но все равно он больше года в больнице лежал; думали, что не выкарабкается. Он сейчас на инвалидности, ходит еле-еле, одна половина лица до сих пор парализована.

– Кто стрелял?

– Бандиты.

– А кто конкретно?

– Он в лес ходил грибы собирать; выходит на поляну, а там бандиты. Мужчина к дереву был привязан, а женщину руками держали. Он на коленях стоял, а ее держали. Заставляли смотреть, как ему пальцы рубили. Сначала один палец отрубили, затем другой.

Она кричит, а они рубят. Сначала пальцы, потом руку… А потом папу заметили. Он убегать стал, а они – стрелять. Пуля от дерева отскочила, в голову попала. Он даже бежал еще какое-то время, пока на дорогу не выбежал. Там его чуть машина не сбила, водитель в больницу отвез.

– Насколько я знаю, ваша девичья фамилия Вострикова. И отец ваш Востриков. Имени-отчества не знаю.

– Востриков Виталий Петрович.

– И когда это было?

– Осенью, в девяносто третьем…

– Давно.