Наконец, мне удается поймать такси и сесть внутрь. Водитель смотрит на меня через зеркало заднего вида, его карие глаза кажутся мутными и демоническими.
— Вы в порядке, мисс? Мне отвезти вас в больницу?
— Нет… не в больницу…
Я бессвязно произношу адрес, мои губы едва шевелятся, затем я падаю на сиденье из искусственной кожи.
Я трясу головой время от времени, борясь с черными точками, которые расползаются по моему зрению, и с затишьем бессознательного состояния.
Мне просто нужно добраться до дома, взять себя в руки, а потом сообщить об этом…
Грудь сжимается, когда машина останавливается, я поднимаю голову, но не нахожу здания, в котором живу.
Вместо этого я смотрю на зубастого демона на вершине больших черных металлических ворот, будто только что из готического фильма.
Особняк Кингсли.
Проклятье. Что я здесь делаю?
— Мы на месте, мисс, — говорит водитель, его голос звучит далеко.
— Это не моя квартира…
— Это адрес, который вы мне продиктовали. Хотите, чтобы я отвез вас в другое место?
Его глаза мелькают в зеркале заднего вида, размытые и как будто только что из триллера.
— Нет, спасибо… вам…
Я сую ему в руку несколько купюр и практически выволакиваю себя из машины.
Он остается на некоторое время, вероятно, думая, что я сошла с ума. А может, он один из них, и они послали его закончить работу.
Все силы уходят на то, чтобы подойти к воротам, волоча ноги и задыхаясь. Такси наконец отъезжает, и я делаю вдох.
Затем ноги решают, что сейчас самое подходящее время, чтобы упасть.
Я готова рухнуть на землю, но падаю прямо в теплые объятия.
— Аспен?
Его суровое лицо смотрит на меня с хмурым выражением, мрачным, как у повелителя демонов.
И это не должно заставлять меня ощущать себя в безопасности.
Или в спокойствии.
Или чертовски правильно.
Но это так.
Пальцы впиваются в его руки, и я глотаю собственную кровь, произнося:
— Мне… некуда было идти…
Я не осознаю всю серьезность своего признания, когда темнота, наконец, уносит меня прочь.
Глава 8
Кингсли
Мои попытки не дать себе перейти в категорию ярости терпят поразительное фиаско.
Я вышагиваю по комнате, где Аспен лежит на кровати, как разбитая красавица.
Я открывал и закрывал Зиппо столько раз и с нулевой нежностью, что удивляюсь, как она не сломалась.
Свет, льющийся из окна, заставляет меня остановиться и посмотреть на сад и разноцветные листья, падающие на землю.
Черт. Я занимался этим всю ночь.
Вышагивал, бил стену или две и обдумывал лучший способ совершить убийство.
