Имперский союз

Фрейлины не имели права выезжать ни в свет, ни в театр без разрешения императрицы. Девушек, живущих при дворе и каждый день видевших царя, многие почему-то считали влиятельными персонами. Но это было совсем не так. Одна из фрейлин николаевских времен вспоминала: «В наш Фрейлинский коридор ходили всякие люди просить помощи и подавать прошения, вероятно, полагая, что мы богаты и могущественны. Но ни того, ни другого в сущности не было».

Главной должностной обязанностью фрейлины являлось суточное дежурство при своей хозяйке.

Это было довольно тяжело – двадцать четыре часа безотлучно находится рядом с императрицей. При этом подчас приходилось выполнять множество неожиданных поручений.

«Действительная» служба фрейлин при дворе, вопреки распространенному мнению, была достаточно тяжелой. Они несли посменно суточные (или недельные) дежурства и должны были в любое время являться по первому звонку императрицы.

Правда, за эту нелегкую службу платили немалые деньги – четыре тысячи рублей. Но и расходы фрейлин были немалые.

Основная часть их приходилась на туалеты. Их надо было менять три раза в день. Даже дома фрейлина не могла одеваться как хотела. Ее туалет всегда должен был соответствовать ее рангу, и к обеду декольтированное платье было обязательным. То же самое платье не надевалось, конечно, много раз. Должны были быть в гардеробе и дорогие платья не для балов, а, скажем, для посещения церковных служб, свадеб, похорон, дней рождения, именин и тому подобного."

"В феврале 1826 года Ольга Ланская познакомилась в Москве с князем Владимиром Одоевским.

А уже в конце марта они объяснились, и князь попросил руки своей избранницы. Ольга Степановна, будучи фрейлиной, ждала разрешение на брак от вдовствующей императрицы Елизаветы Алексеевны. Таковое было получено в августе, а в сентябре они поженились. При этом, как фрейлине, из средств Министерства Императорского двора ей выплатили приданое – двенадцать тысяч рублей ассигнациями. После выхода замуж она лишилась фрейлинского шифра – золотого с бриллиантами вензеля императрицы на банте. Фрейлины носили его на левой стороне груди. Но она сохранила право быть представленной императрице, и ее приглашали на торжественные балы в Зимний дворец вместе с мужем.

У модного магазина Циклера на Невском княгиня увидела карету Придворной конюшенной конторы.

– Интересно, кто это приехал? – задумчиво произнесла Ольга Степановна, разглядывая императорский вензель на дверце кареты.

Впрочем, гадать ей долго не пришлось.