Справа и слева от лестницы были этакие уголки отдыха. Там стояли ажурные скамеечки. Места, где традиционно собирались гости в возрасте. Здесь же будут установлены несколько небольших столиков, дабы слуги с подносами не прерывали бесед, подчас весьма серьезных. Балконы для тех, кто танцевать сильно не собирается. Там стоят диванчики и небольшие столики. В самом зале будет суетиться молодежь. Им постоянно, то на воздух надо, то обратно зайти. Да и танцы, в основном, для них. На площадке, перед окном, будут стоять Алестис.
А на площадке над входом место для оркестра. И там Мокавиану тоже надо было проверить, чтобы не случилось, как в прошлом году, когда одна из лавок оказалось сломанной.
Дойдя до лестницы, дворецкий не торопясь поднялся. И остановился на одной из ступенек.
– Вестон! – позвал он одного из слуг. – Здесь одна планка неплотно прижата!
– Господин Ксен! – отозвался молодой парень в рабочей одежде. – Тогда надо всю планку менять! Эту не поправить!
– Ну так меняй! – сурово произнес Мокавиан.
– Или ты хочешь, чтобы Императрица здесь зацепилась?
– Да, господин! – с неудовольствием отозвался парень
Дворецкий проверил остальные планки, которые прижимали красную дорожку на лестницах. Потом поднялся наверх и посмотрел, чтобы дорожка лежала точно в направлении главного входа.
У дверей уже начали натирать пол. В принципе, работы были на исходе. Завтра этот зал примет гостей. Но в этом году было кое-что, что не очень нравилось дворецкому. Дроу перешли на буквально тотальное наблюдение.
Они стояли везде, где только можно было. Приехали даже из других замков Алестис. Правда, последние заменили своих родственниц на внешних стенах и воротах. Чтобы дроу Тэйдэяхан могли заниматься только дворцом. Вот они и занимались. Везде и всюду…"
"Но и это было еще не все. Наряду с дроу во дворце и всем замке шныряли еще и агенты Прамерии. Хотя назвать шныряющим, например, графа Сфорус было несколько затруднительно. Начальник столичного отдела Прамерии был мужчиной импозантным, довольно высоким, по аристократически изящным.
И с его губ практически не сходила доброжелательная полуулыбка. Если не знать, что этот человек провел на Стене больше сорока лет, то и не подумаешь, что он может быть суровым. А между тем граф, в свое время, отправил собственного наследника в штрафную центурию за то, что среди столичной аристократии считалось пусть и моветоном, но не таким уж и проступком. Всего три молодых парня, на одну служанку…
Дворец готовился.
