– Вот, – это вернулась Талия и протянула Аринэлю еще одну бутылку.
– Спасибо! – усмехнулся Ари и, взяв вино, подошел к Антарии. – Ну? Как дела?
– Отлччно! – выдохнула девушка.
Аринэль, поморщившись, помахал у себя перед лицом ладонью.
– Ну, тогда еще выпьем! – зло улыбнулся он.
– Я… – Антария, увидев еще одну бутылку, будто сдулась, сгорбилась вся. – Н-не… Вссе…
– Какой все! – Аринэль схватил девушку за подбородок. – Я тут что, уговаривать должен?! Давай, открыла рот!
– Да пшел ты! – разозлилась Антария, вырываясь из хватки парня.
Ее тут же повело вбок, девушка была вынуждена присесть, чтобы не растянуться на полу.
– Если кто-нибудь мне сейчас помешает, – негромко произнес Ари, смотря на пытающуюся встать Антарию. – Я очень сильно рассержусь. Всем ясно?
Он обвел пристальным взором присутствующих. Вручил бутылку Даяне и шагнул к Антарии.
– Встать! – громко приказал он.
Кое-как девушка поднялась. И тут же охнула и согнулась, получив удар в живот.
– Ну, Эридис! – насмешливо спросил Аринэль.
– Готова к унижению и боли?
– За что? – просипела Антария.
Юлиса едва сдержалась, чтобы не крикнуть. Потому что Тайфол, без лишних слов, разогнул Антарию… За волосы…
«Ну, наконец-то», – думал Ари, когда на лице Антарии появилось выражение не просто злости, а бешенства.
Балансировать на грани унижения, это было довольно-таки трудно. В первую очередь из-за того, что ему самому было это крайне неприятно делать. Да что там неприятно! Хотелось все бросить к дьяволу и руки себе обрубить за такое! Но.
Антария больше всего боялась потерять лицо. При этом, например, раздевать ее было бесполезно. Она и голая будет чувствовать себя Эридис.
Так вот. Надо было заставить ее, ощутить себя не Эридис… А просто девушкой. Но при этом не сломать девчонку. Она должна ощущать себя в первую очередь, бойцом. А потом, пожалуйста, пусть она будет Эридис или Грестос. Да кем угодно. Это можно сделать, либо длительными, очень длительными тренировками на выносливость, то есть отключить мозг запредельной усталостью… Но Антария упрямая, могла попросту терпеть до тех пор, пока банально не отрубится.
Значит, надо отключить критическое восприятие иными методами. Условие одно, она не должна оценивать реальность, потому что она изначально будет смотреть на все через призму своего статуса.
А теперь… Теперь надо немного поддаться. В самом конце. Вот так, да. Она должна запомнить это ощущение вспышки ярости. Когда на лице и одежде сопли, вперемежку с блевотиной.
