– Ты совладелец корпорации НТК, имеется еще верфь…
– Верфь не моя… – Глаза косятся на ее грудь.
– Верфь, милый, дочка корпорации. Рано или поздно она тоже станет твоей. Моли и Эйри уже люди солидного возраста…
– А ты-то откуда это знаешь? – Брови парня взлетели на лоб.
Девушка чуть виновато улыбнулась и скромно опустила глаза. Она знала, что такое ее выражение лица делает парня более мягким.
– Врать не буду, – грудным, бархатным голосом ответила, – я и сама наводила справки раньше, но основную информацию предоставила мама.
Парень нахмурился.
– Не обижайся на нее. Ну сам посуди, как бы ты поступил, если б узнал, что твой любимый и единственный ребенок влюбился. Неужели не постарался бы выяснить, что это за человек?
– Ну-у, не знаю…
– Только себе не ври, пожалуйста. – Ори мягко, но настойчиво положила прохладную ладошку ему на грудь, приглашая лечь. А когда он вновь принял горизонтальное положение, тоже вытянулась рядом и мягко оккупировала плечо, положив туда свою голову. Предварительно ласково потершись щекой, находя более удобное положение.
Сделано это было нарочно, вид обнаженной груди мешает ему думать, хотя и приятно это осознавать.
– Хорошо. Что ты хочешь? Скажи прямо, – ответил он, в задумчивости перебирая пальцами ее иссиня-темный локон.
– Я? Мне достаточно того, что у меня есть ты. Вопрос в том, чего хочешь сам.
– Признаться честно, Ори, у меня и так уже всего больше, чем я изначально хотел. Обрастать барахлом я ведь не собирался. Как-то само получилось.
Я практически не прикладывал усилий специально для этого. Просто оказывался в нужное время в нужном месте. Везло на встречи с хорошими людьми. Вот так и получалось.
– Ладно, допустим. Но скажи мне, дорогой мой почти что муж, – теперь девушка привстала, опершись на локоть и нависая над ним, глядя глаза в глаза. Однако взгляд любимого человека то и дело упорно сползал чуть ниже, она победно усмехнулась и игриво качнула точеными полушариями. Бездна! Как же приятно ощущать на себе его жадное внимание.
– В глаза мне смотри, – указательным пальцем она чуть придавила ему подбородок, тем самым приподнимая голову, – эти штуки от тебя никуда не убегут. Так вот скажи мне, разве не глупо будет, если все это, что досталось тебе, пустить на самотек и не приумножить?
Он не ответил. Вместо этого Лео не выдержал ласковой пытки и, сжав ее в объятиях, с силой опрокинул на спину, придавив своим телом. Его горячие губы захватили затвердевшую горошину соска в плен.
