Импринт

Эмме даже пришлось давать взятку, чтобы скрыть следы его преступлений. Драки, разгром, драки и так по кругу. Иногда семья – это самое тяжелое бремя.

Он смотрит в нашу сторону, пока Эмма машет ему рукой, а затем показывает средний палец. Благо Эрик слишком увлечен беседой с новым русским студентом.

– Смотрите-ка, – Эмма обнимает нас за плечи и показывает в сторону того темноволосого парня. – Говорят, что он принц мафии. И он чертовски горяч.

– Три минуты назад ты послала всех золотых мальчиков, – я толкаю Эмму в плечо.

– Три минуты – это гребаное прошлое, Катерина. Я хочу познакомиться с ним. Не помните, как его зовут?

– Хм… – Элеонор переминается с ноги на ногу. – Кажется, Дамиан Петров?

– И имя у него горячее… – Эмма убирает свои волосы назад и разглаживает ткань облегающего белого платья. Сегодня на ней чертовски высокие каблуки и она сравнялась со мной ростом. – Как я выгляжу?

– Превосходно, – отвечаю я. – Как и всегда.

Эмма одаривает нас своей шикарной улыбкой и бросает, прежде чем уйти:

– Не скучайте без меня, девочки.

– Кэт… – Элеонор отрывает голову от своего телефона и смотрит на меня с сожалением. – Ничего, если я отлучусь?

– Конечно. У тебя все в порядке?

Лицо Эль вдруг приобретает розовый оттенок, и она неуклюже кивает.

– Элеонор, я украду твою подругу ненадолго? – низкий глубокий голос врезается в атмосферу. Я оборачиваюсь и вижу позади высокую фигуру Чона Хвана. Губа парня разбита, но в целом он, как всегда, чрезмерно спокоен и отстранен.

Эль хмурится и открывает рот, чтобы возразить, но я говорю ей на ухо:

– Иди. Я могу за себя постоять.

– Ты уверена?

– Да.

Несмотря на то, что нас окружает сотня других студентов, находиться поблизости с кем-то из четверки совсем непросто. Есть что-то в каждом из них, что… отталкивает и пугает до дрожи.

Склонность к насилию? Жестокость?

Все это.

– Я заранее прошу прощения, Катерина.

– Что ты имеешь в виду? – я пытаюсь перекричать музыку и не уверена, что с высоты своего роста Чон хоть что-нибудь слышит.

– Ты мне не нравишься, – он делает паузу, а затем шагает навстречу, оплетая мою талию сильной рукой. Я замираю, шокированная его странным поведением, в то время как моего уха касается горячее дыхание. – Ты отвлекаешь его.

Все удушает. Громкая музыка, вибрация по полу, извивающиеся тела. Но больше всего ужасает странный блеск в раскосых глазах Хвана. Когда-то давно он мне даже нравился.