Однако…
Казимир Иосифович: Какое ещё «однако»? Где наше наследство?
Слюньков: Честно говоря, я пребываю в некотором затруднении… Видите ли, в инструкции сказано, что означенный предмет должен быть передан наследнику в присутствии одного человека, некоего Фандорина Эраста Петровича, который сделает необходимые разъяснения…
Лидия Анатольевна: Фандорин? Милый, не тот ли это молодой человек, о котором говорили в салоне у Одинцовой?
Станислав Иосифович: Да, вне всякого сомнения. Он ведь недавно вернулся с Востока.
И наш Сигизмунд тоже много времени провёл в Китае и Японии.
Диксон: Что за господин Фандорин?
Станислав Иосифович: Чиновник, состоящий при его сиятельстве московском генерал-губернаторе. Молодой, но очень на виду.
Лидия Анатольевна: Рассказывают, будто бы после какой-то трагической истории он долго жил на востоке и превратился в совершенного азиата!
Ян: Ну и где он, ваш азиат? (Нотариусу.) Вы ему писали?
Слюньков: Разумеется. И получил уверение, что господин Фандорин приедет. Однако коляска, отправленная к московскому поезду ещё утром, не вернулась, а теперь уже вечер…
Станислав Иосифович: Фаддей, кто поехал к поезду?
Фаддей: А?
Станислав Иосифович: Кто поехал к поезду?
Фаддей: Это я, ваше превосходительство, не могу знать.
Я при барине-покойнике в камердинерах состоял. А про лошадей ничего не знаю, не моя плепорция. Если насчёт провизии распорядиться или счета проверить, прислугу нанять либо уволить, это ко мне. И чтоб порядок в доме был, это тоже я…
Станислав Иосифович: Ну хорошо, хорошо! А по лошадям у вас тут кто?
Фаддей: Это смотря по каким лошадям.
Если по барским — одно, по хозяйственным — другое.
Станислав Иосифович (теряя терпение): На которых поехали встречать господина Фандорина?
Фаддей: На барских. Он же барин. Это вот по Аркашиной части.
Аркаша(кланяясь): Так точно, по моей-с. Я при почившем нашем благодетеле в лакеях состоял-с, для всякой личной и даже конфидансной надобности. И насчёт экипажей, и в смысле гардероба, и гигиены организма — всё я-с, потому как специально обучен и все сии премудрости превзошёл.
Станислав Иосифович: До чего ж вы все говорливы! Если ты «насчёт экипажей», то почему не поехал встречать?
Аркаша: Как можно-с? Столько дорогих гостей. Одному Фаддей Поликарпычу с Глафирой не управиться. Я кучера Митяя снарядил. Он хоть человек глупый, даже, антр-ну, полный дубина-с, но до станции, надо думать, не заплутает.
Горничная Глаша прыскает."
"Ян: Значит, не приехал ваш «азиат».
