– Что это такое? – спросила она. – Что-то вроде пиктограмм?
– Нет!"
"Инди порылся в кармане куртки и торопливо выудил сложенные несколько раз листки. Это были те самые страницы, которые он вырвал из книги, когда уходил из дома. Развернув и разгладив листки, он разложил их у себя на колене и принялся сличать с тем, что изобразил Оксли.
Это был язык майя.
Работа закипела. Инди почувствовал себя в своей стихии.
– Это иероглифы! Составные части языка майя. Пожалуй, я смогу это перевести!
Глава 6
Марион сидела за столом, сложив руки перед собой.
Рядом дежурили два охранника с пистолетами наготове. Но в данном случае пистолеты были ни к чему. Куда она денется от своего сына?
Она молча смотрела на пламя костра.
Зачем он ввязался в эту историю? Ведь она запретила ему приезжать!
Она думала о сыне, но ее взгляд снова и снова останавливался на Индиане.
Даже отсюда, из палатки, ей была хорошо видна вся его худощавая фигура в широкополой «Федоре» – ссутуленные плечи, задумчиво склоненная голова.
.. Снова и снова ей вспоминались ночи, когда они были вместе. Она лежала в постели, а он работал при свете свечи за письменным столом. Она ждала, когда он закончит со своей археологией и отправится спать. В конце концов он задувал свечу, быстро раздевался и нырял к ней под одеяло.
Она поворачивалась к нему, целовала его. Ей так хотелось, чтобы он знал, что в жизни, кроме науки, есть и другие радости!
Поэтому она ждала его.
Каждую ночь.
Но однажды он не пришел ночевать.
Потом еще раз.
Но она все ждала.
В конце концов, она осталась одна в пустой постели.
И тогда, и сейчас она знала правду.
Ее мужчина был однолюб.
Но его любовью была не она.
И она перестала его ждать. Все забыла. Потом у нее появился другой мужчина, прекрасный человек. Они поженились. У них были дом, семья. Ах, какое счастливое это было время! Праздники, дни рождения, торты, зажженные свечи, подарки, новогодние елки, чудесные летние дни и не менее чудесные зимние вечера.
.. Она – в объятиях другого мужчины...
Потом война отняла у нее счастье. В один миг. Так бывает, когда задувают свечу, и все погружается в кромешную мглу и пустоту.
У нее остался только сын. Единственный теплый огонек в ночи.
Теперь, глядя на искры костра, Марион чувствовала, что в ее груди тоже разгорается огонь. Инди снова был рядом. После стольких лет разлуки.
Глядя на костер, она сознавала всю горькую правду.
