Крика не последовало — лишь хрип, будто лопнул мех с уксусом. Резкий взмах, и голова второго весело поскакала по траве. Да, я помню, что это надо скрывать, но я не собирался оставлять живых свидетелей. Мертвых, кстати, тоже.
— Восемь, — усмехнулся я, вырывая меч.
Резко взметнулись вверх посохи. Воздух наполнился шипящими змеями чёрного огня. Я прыгнул в сторону, и пламя слизнуло сосну позади — ствол рухнул, едва не придавив двоих магов.
— Семь, — Мавка взмахнула рукой, и корни, как арбалетные болты, пронзили грудь отступившего колдуна.
Они поняли свою ошибку слишком поздно. Сбиться в кучу — крайне хреновая идея. Но разомкнуть сейчас круг — значит дать мне прорваться.
Трое метнулись в стороны, рисуя в воздухе руны. Земля вздрогнула, пытаясь схватить меня каменными когтями, но Мавка топнула — и почва стала жидкой, засасывая их же собственные ноги.
— Пять, — я перерезал горло одному, перепрыгнул через попавшего в ловушку, вогнал клинок в спину второму.
Оставшиеся взревели. Один рванул с посоха набалдашник — рубин, пышущий адским жаром.
Воздух поплыл волнами, но я уже был рядом. Левой рукой поймал его запястье, заставив направить энергию в небо. Багровый луч пронзил облака, а мой нож — его горло.
— Трое.
Магия Моровых ударила в ответ. Тьма сгустилась в лезвие длиной в два человеческих роста, обвитое проклятием тлена, рухнувшее сверху.
Я пригнулся, чувствуя, как смерть прошуршала совсем рядом, от порыва воздуха зашевелились волосы… Но Мавка уже пела древнюю песню, от которой задрожали камни.
Из трещин вырвались лозы с шипами толще боевых копий. Они обвили теневое лезвие, сжали — и оно рассыпалось, как гнилая ткань.
— Один.
Последний маг, седой, с лицом, изъеденным оспой, отступал к опушке. Вокруг него плясали тени и ночные кошмары — мерзкая сила.
— Ты сдохнешь! — захрипел он. — Моровы не прощают обид…
Я бросил нож. Лезвие, крутанувшись, прошло сквозь дым, сквозь бронзовую бляху на его груди, сквозь сердце. Он упал, судорожно сжимая посох, который треснул, выпустив облако серы.
Тишина. Только ветер шуршал в кронах, смывая следы битвы. Мавка подошла, ступая по траве, что уже тянулась к лужам крови, поглощая их вместе с телами.
— Десять, — сказала она, поднимая мой клинок. — Но ты ошибся счётом."
"Я взял меч, крутанул, сбрасывая кровь.
— Нет. Всегда считаю только живых. А ты добила мертвого. Два раза.
Она хмыкнула, обводя взглядом поляну. Тела магов медленно уходили под землю, приводя поляну в первоначальный облик.
