Подходящая атмосфера как раз для того, чтобы слушать сказки.
— Этот препод — легенда ранга боярин, — шепнул Гиви, не сводя с преподавателя восторженного взгляда.
А тот, одобрительно кивнув сделанному, повернулся к нам, настроившись на каждого из сидящих.
Камин в углу аудитории вспыхнул синим пламенем, осветив лица студентов, замерших в ожидании. Профессор Велеслав, чья борода была словно сплетена из нитей тумана, провел рукой над хрустальным шаром. Внутри заклубились образы лесов, рек и древних капищ.
— Представьте, — голос его звучал как шелест листьев в ночи, — мир, где каждое дерево — живое существо, каждое озеро — глаз бога, а ветер поет гимны тем, кто помнит.
Сегодня мы вернемся в эпоху, когда магия не была наукой… Она была дыханием мира.
Согласно преданиям, вначале было Море-Окиян, бескрайнее и пустое. Но Род, праотец всех богов, пробудился в его глубинах. Из семени его мысли возникла Земля-Мать, а из дыхания — Небо-Отец. Их объятие породило первую магию — Живу — Эфир, силу, что связывает все сущее.
Представьте энергию, — профессор сжал ладонь, и между его пальцами вспыхнули искры, — не разделенную на стихии. Огонь танцевал с водой, камень шептался с ветром… И посреди этого хаоса явились боги-творцы.
Сварог, кузнец мироздания, выковал Солнце на своей наковальне. Каждая искра, упавшая с молота, стала звездой. Макошь, пряха судеб, сплела из нитей Живы полотно бытия. А Велес, змеевидный владыка подземелий, наполнил мир тайнами — теми, что прячутся в корнях дубов и шепотах мертвых.
Боги-учителя и первые волхвы
не желали править в одиночестве. Даждьбог, сияющий, как летнее солнце, спустился к людям, чтобы научить их добывать огонь. Но не трением палок, а желанием.
Он взял руку ребенка, — профессор коснулся ладони студентки в первом ряду, и та вздрогнула, ощутив жар, — и сказал: запомни — пламя живет в тебе. Оно — твой гнев, твоя страсть, твоя жизнь.
Люди стали чародеями, но их магия была дикой, как гроза. Тогда Перун-громовержец заключил с ними договор.
Берите силу у стихий, — прогремел голос Велеслава, имитируя бога, — но платите за нее. Кровью. Памятью. Слезами.
Первые волхвы приносили в жертву не быков, а свою кровь. Они вырезали руны на коре священных деревьев и пели гой-песни, от которых земля плодоносила.
Магия требовала порядка. Капища, где небо соединялось с землей через Мировое Древо, стали алтарями. На Купалу жрецы прыгали через костры, превращаясь в волков и сов, чтобы говорить с духами.
