Но предложение остается в силе, на все время моего проживания в академии.
— Это хорошо, — улыбнулась она. — А теперь давай поедим. А то девушку-то оприходовал, а вот накормить забыл.
— Все мое — твое. Налетай.
Дальше мы просто ели, болтали ни о чем, как старые, добрые друзья. А еще я задумался — когда она сказала, что попробовала с другими, меня это чуть царапнуло. Но сразу прошло. Значит ли это, что я ее начинаю ревновать или нет? Или это просто альфа-самец включился? Представил ее с другим — ну так, немного неприятно, но не более.
Фух, значит, никакой пылкой любви нет — только секс. Уже легче.
— Все, пора выдвигаться на боевку, -она эротично вытерла губы салфеткой. — Может, сразу переоденемся в форму для полигона? Все равно это занятие сдвоенное и последнее за сегодня.
— Хорошая идея, — кивнул я и, ничуть не стесняясь ее, стал раздеваться.
Она посмотрела на меня и начала делать то же самое. И зря. Увидев ее раздетой, я опять не сдержался. Я был за, она не против, кресло воздержалось, только возмущенно скрипело.
Но его мнением никто не интересовался. Поэтому на занятие мы едва не опоздали, задержавшись сильней, чем надо.
— Так, народ, я к светлым пойду, -сказал я Гиви.
Тот уже вовсю пытал Таньку, где мы были так долго. Услышав о драке, он возмущенно засопел, а его глаза налились тьмой — признак крайней злости некромантов. Едва успокоили.
— А зачем? — спросила Настя. Ей форма очень шла, о чем я даже и не подумал ей говорить. А то начнет приставать, а я уже хорошо так скинул напряжение.
— За надом. Хочу посмотреть, чему их там учат. Себя показать, преподавательницу соблазнить. Да мало ли…
— Будут бить, кричи громко и страстно, — стукнула меня кулачком в плечо Танька.
— Ага. Ща всех нагну и все узнаю…
Расступись, весь светлый сброд,
Настежь кабинеты.
Темный молодец идет
Воровать секреты!!!
Ох, люлей — пиздюлей
Получу — если раскроют.
Ох, люлей….
— Стоять, бояться и быстро раздеваться! — раздался голос, от которого у меня даже пальцы на ногах топырем встали.
— Кто такой?
— Я серая мышка-норушка!!!
— Почему норушка?
— Люблю нырять во всякие норки, — что-то острое, что упиралось мне со стороны спины в жопу, отодвинулось, и я смог обернуться.
Так — высокая, даже выше меня. Рыжие волосы, затянутые в тугой хвост, какая-то полувоенная форма приятного графитового цвета. Симпатичное лицо, через которое шла едва заметная нитка шрама. Это кто ж ее так, интересно? Но симпатичная, и грудь вся в моем вкусе.
